загрузка...

Неорганическая сущность биологической жизни - 3
Часть третья
Вокруг проблемы бессознательного
Итак, многоуважаемый читатель, мы предлагаем Вашему вниманию очередную, третью часть наших трудов. Но, сначала, мы вернёмся к одному пункту нашей работы из первой части. Первым делом, я хочу пояснить мою позицию насчёт идеи об интеллектуальном центре нашей планеты. Дело в том, что в основе почти всех моих мыслей вокруг идеи об атомной субстанции под нашей черепной коробкой лежат фундаментальные исследования трёх человек. Из них имя Фрейда знакомо почти каждому человеку на нашей планете. Имя то знакомо, но его самые гениальные идеи покрыты мраком забвения, т. е., грубо говоря, он известен в мире как «пансексуалист», мистик и т. д. Я надеюсь на то, что благодаря сети Интернета, читатели познакомятся с настоящим, «новым» Фрейдом. Теперь самое главное, о чём хочется сказать. Без предварительной, гигантской по масштабу деятельности Узнадзе, знание об атомной субстанции никогда не прорвалось бы в сферу сознания в наше время. Исключителен также вклад Шерозия в деле осознания идеи о функционировании вечной во времени атомной субстанции. Что я хочу этим сказать? Я хочу сказать, что сети Интернета не существовало во времена этих великих исследователей, и поэтому мало кто знал об их работах. В своё время, в этом отношении мне очень повезло, так как в Грузии работы Узнадзе и фундаментальное исследование Шерозия «К проблеме сознания и бессознательного психического» более или менее были известны. Теперь же, благодаря сети Интернета очень многие учёные получат возможность адекватно, по-достоинству оценить творческое наследие этих людей; оценить, разумеется, в связи с идеей об атомной субстанции под нашей черепной коробкой. Именно из-за таких соображений, я признаю сеть Интернета интеллектуальным центром нашей планеты.
Напоминаем дружелюбному читателю, что речь в наших работах идёт о невидимой, не ощущаемой нами в сознательной сфере, но, тем не менее, господствующей, созидающей силе мироздания, которая ведёт человечество по пути глобального эволюционного развития. Глобальное эволюционное развитие в нашей части бесконечного Космоса начинается с Большого Взрыва, а затем продолжается психической работой по созданию атома из трёх элементарных частиц – протона, нейтрона, электрона. Далее, атомное психическое мышление сотворило окружающую нас часть беспредельного космического мира, и нашло уютное убежище под общечеловеческой черепной коробкой. Отсюда вытекает логичная мысль о том, что атомно-мозговая инстанция намного старше этой же самой черепной коробки, что и приводит к решению вечной психо-физическо-физиологической проблемы. Обо всём этом и ещё больше о других феноменах атомного мышления читатель узнал в вышеизложенном материале из первых двух частей.
Однако, тут надо затронуть ещё один существенный момент. Совершенно естественно, если читателя заинтересует вопрос о первоисточниках таких необычных, в высшей мере оригинальных идей. Ведь, адекватное осознание такого рода феноменов психической деятельности атомов, по праву следует считать самой трудной для решения загадкой в теории познания окружающего нас космического мира. Ясно, что зтой цели нельзя достичь, если мы не будем знать про прошлые попытки сознательной сферы решить эту задачу. Эти прошлые попытки решающим образом должны обогатить нашу интуицию, в соответствии с теми соображениями по этому поводу, которые изложены в первых двух частях. В связи с такой постановкой вопроса, я напоминаю читателю, что, в своё время разгадку этого феномена почти одновременно начали два гениальных исследователя – Фрейд и Узнадзе. Неудивительно поэтому, что исследователей многое объединяет. Неудивительно также, что по многим кардинальным пунктам исследований их позиции резко расходятся. Ведь, тернистый путь познания не может быть однозначным. Всё это прекрасно показал Шерозия в своей вышеупомянутой работе. Естественно, что наш анализ становления проблемы бессознательного в мировой науке во многом опирается на фундаментальную работу Шерозия. Итак, имея точку опоры в яркой личности А. Шерозия, мы начинем психологический анализ становления проблемы бессознательного в мировой науке. Главное в нашем анализе, показать в какой-то степени тот мучительный путь, который прошли исследователи в своих догадках, сопряжённых с функционированием атомно-неорганической психосферы в биологическом организме. Только тут следует учесть следующее обстоятельство; мы уже вооружены знанием о об атомной субстанции под нашей черепной коробкой; это знание даёт нам истинное представление о тех психических феноменах, про о которых у них идёт речь; они же, в своё время, не знали, какую модификацию претерпят их идеи в будущих исследованиях. Вот это обстоятельство всё время должен иметь ввиду наш просвещённый и эрудированный читатель, по ходу знакомства с проблемами сознания и бессозательного психического прошлых лет.
И, наконец, одна, последняя, очень важная деталь этой части работ. Мы уже говорили про выдающееся открытие американских исслледовательниц – Сюзанны Резерфорд и Сюзен Лундквист (см. первую часть). Они впервые в мире ясно показали функционирование в биологическом организме атомно-молекулярного механизма эволюционных процессов, сопряжённого с изменяющими условиями внешней среды. Они показали это экспериментально, что является их величайшей заслугой перед человечеством. Ну, а любому экспериментальному доказательству предшествует абстрактная теоретическая база. В первую очередь, создание такой теоретической базы подразумевается в психоаналитических исследованиях Фрейда, в психических экспериментах Узнадзе и, обобщающей их труды, великолепной работе Шерозия. Это означает, что в настоящее время открытие американских исследовательниц никогда не будет воспринято адекватно научным сообществом, если не иметь представления о соответствующей теоретической базе. Именно с такой точки зрения мы должны оценивать приводимые ниже исследования неизвестной психической работы, которые идут в биологическом организме независимо от нашей сиюминутной, повседневной сознательной жизнедеятельности. Эта неосознаваемая психическая работа лежит и в основе атомно-молекуляного механизма эволюционных процессов, и множества других физиологических процессов, и, соответственно, всей развёртывающейся в сознательной сфере грандиозной жизненной панорамы. Отсюда резюме: всё что ни происходит в биологическом организме,- в том числе, разумеется, и функционирование атомно-молекулярного механизма эволюционных процессов, - а также в нашей повседневной сознательной жизни, сперва зарождается и проходит инкубационный период в глубинах атомной субстанции. Этот вывод помогает нам адекватно, объективно оценить фундаментальное открытие Сюзанны Резерфорд и Сюзен Лундквист. Значит, все нижеприводимые пути, этапы грандиозной деятельности Фрейда и Узнадзе в разгадке тайн невидимой, неосознаваемой психической работы должны нам помочь в этом деле, т. е. в деле адекватного осознания выдающегося открытия американских исследовательниц. И, последнее. Вдобавок ко всему вышеизложенному, мы хотим показать, что в работах Фрейда и Узнадзе родилась настоящая психологическая наука – глубинная психология, изучающая деятельность, функционирование господствующей, созидающей, командующей нашими сознательными актами, вечной во времени атомной субстанции под нашей общечеловеческой черепной коробкой.
1.Общее во взглядах Фрейда и Узнадзе.
Я напоминаю читателю, что первые пять цитат мы привели в конце второй части. Здесь мы продолжаем логическую цепь приводимых цитат и начинаем работу с мнения Шерозия по поводу общности идей Фрейда и Узнадзе по ряду вопросов вокруг проблемы бессознательного. №6 « Фрейдизм, как указывал Узнадзе, прав, подчёркивая, что сознательные прцессы далеко не исчерпывают всего содежания психики, и что поэтому возникает необходимость признания прцессов пртекающих вне сознания и определяющих его. С этой точки зрения теория установки Узнадзе совпадает с фрейдовской теорией бессознательного, и мы в полном праве представить (и противопоставить) их в одной плоскости развития психологической мысли. Кроме того, к сказанному следует добавить, что у Фрейда бессознательное психическое рассматривается как первичная ступень сознания в восходящей линии психики. Причем, это одно из основных допущении Фрейда, лежащих в основе его системы психоанализа. В основе же общей теории установки Узнадзе лежит мысль об установке, как о ступени предшествущей сознанию: «возникновению сознательных психических поцессов, - пишет Узнадзе, - непременно предшествует состояние, которое ни в какой степени нельзя считать непсихическим, только физиологическим состоянием. Это состояние мы называем установкой». Ибо, « если, что у нас протекает бессознательно, так это в первую очередь, конечно, наша установка... Следовательно, понятие бессознательного перестаёт быть отныне лишь отрицательным понятием, оно прибретает целиком положительное значение и должно быть непременно разрабатываемо в науке на основе обычных методов исследования». Узнадзе. (Шерозия, «К проблеме сознания и бессознательного психического», 1-й том, стр. 391).
Итак, мы наблюдаем за первыми шагами на пути осознания феномена глобальных психических процессов. Замечательно, что и Фрейд и Узнадзе принимали за основу своих идей первичность феномена бессознательного в свете развития психики от её зарождающих форм до нынешнего состояния. Это обстоятельство служит доказательством того, что они, по существу, изучали, исследовали и пытались разгадать одну и ту же жгучую тайну. Фрейд в своих работах неоднократно высказывал свои мысли о развитии психики. Вот одно из его характерных замечаний: №7 «Некогда, какими-то совершенно незвестными силами, пробуждены были в неодушевлённой материи свойства живого. Возможно, это был процесс, подобный тому, каким в известном слое живой материи, впоследствии должно было образоваться сознание». Фрейд. («Избранное», стр. 424). ( Читатель уже знает, что эта совершенно неизвестная сила есть психически целесообразная работа атомов во времени и пространстве). В свете сказанного, особенно интересны идеи Фрейда об эволюции нашего душевного аппарата. Он проявлял необыкновенную изобретательность, подтверждая всё новыми догадками свою схему развития психики. №8 «Вся эта сложная мыслительная деятельность, протекающая от воспоминании вплоть до образования внешным миром идентичности восприятия, представляет собой, однако, лишь обходный путь к осуществлению желания, ставший необходимым благодаря опыту. Мышление есть не что иное, как замена галлюцинаторного желания и, если сновидение представляет собой осуществление желания, то это может быть само собой разумеющимся, так как только желание способно побуждать к деятельности наш психический аппарат». Фрейд. («Толкование сновидений, стр. 492). Мышление, служащее целям удовлетворения галлюцинаторных желании – первые зачатки знаменитых теорий Фрейда, известных нам в виде влечений организма. У нас будет возможность основательного знакомства с ними в ходе дальнейшей работы, также как в учении Узнадзе с потребностями организма, играющих решающую роль в зарождении психического феномена установки. Мы неоднократно будем находить аналогию между понятиями «Влечении» Фрейда и «Потребностями» Узнадзе.
Как мы видим, Фрейд понимал эволюцию психического аппарата в соответствии с эволюционной теорией Дарвина, т. е. не обожествляя человеческое сознание, а выводя его из самых примитивных форм и подчиняя его желаниям-влечениям живой материи. Знакомясь со взглядами Узнадзе о развитии психики, мы не находим особых разногласий между ними в этом вопросе, хотя сам Узнадзе подчёркивает то обстоятельство, что до него вопрос о наличии досознательных психических процессов по существу не ставился. Впрочем, нам не надо забывать то время, когда высказывались такие, или же, аналогичные мысли. Сталинизм не терпел инакомыслия аналогично тому, как не терпела его в своё время святейшая инквизиция. И, естественно, что Узнадзе всячески старался отмежеваться от представителей «деградирующей буржуазной науки». Иначе нам трудно понять, почему Узнадзе не находит в работах Фрейда то позитивное, на что мы указываем и это, безусловно относится не только к вопросу о развитии психики. №9 «Спрашивается, что же представляет собой конкретно эта досознательная ступень психического развития?» Узнадзе. («Экспериментальные основы психологии установки», стр. 8). На этот вопрос, возникший из анализа развития психики, Узнадзе даёт такой ответ: №10 «Вопрос, по существу, ставится впервые, и в дальнейшем мы попытаемся ответить на этот вопрос. Мы увидим, что предшествующей сознанию ступенью развития психики является установка, к изучению которой мы и переходим непосредственно». Узнадзе. (Там же, стр. 9). Этот ответ, по существу игнорирует работы Фрейда в этой области, видимо, считая их ненаучными, в полном согласии с той атмосферой нетерпимости характеризирующей эпоху «холодной войны». Впрочем, Узнадзе имел полное право претендовать на научность, так как свои выводы он строит на строго научных фактах. №11 «В нашем случае речь идёт о ранней досознательной ступени психического развития, которая находит своё выражение в констатированных выше эксперементальных фактах и, таким образом становится доступной научному анализу». Узнадзе. (Там же, стр. 18). Узнадзе в своих работах неоднократно возвращался к этой теме, к вопросу досознательного развития психики. Изучая его труды, мы видим как настойчиво он пытался понять и найти разгадку зарождения установки. ( Читатель знает, что бессознательное Фрейда и установка Узнадзе в нашей теории обозначаются термином – глобальные психические процессы, которые ведут своё происхождение с начала начал мироздания. Мы это напоминаем читателю по той причине, чтобы он особо внимательно следил за первыми шагами научной мысли в деле адекватного осознания этой истины).
№12 «Итак, мы можем утверждать, что ступени выступления установки, как состояния субъекта или личности, предшествует некоторый первичный эффект действия раздражителя на какой-нибудь из его чувственных органов – эффект, который нельзя еще рассматрывать как подлинное, завершённе восприятие определённого, локализованного во внешнем мире объективного раздражителя. Поэтому, естественнее всего характеризировть эту ступень восприятия, как ступень замечания или – ещё точнее- как ступень ощущения действующих извне раздражений. Для того, чтобы получить подлинное восприятие, необходимо вмешательство субъекта, необходимо участие определённым образом установленной личности. Если допустить факт наличия потребности, ситуации его удовлетворения и ощущения раздражений, действующих в этой ситуации, то ничего не мешает принять, что в этих условиях должен вступить в активность субъект, как цельный живой организм, и что, следовательно, для этого у него должна выработаться установка, соответствующая этой активности, - у него должна выработаться установка к интересющему его воспричтию. Полученное на этой основе восприятие – настоящее завершённое восприятие – следует рассматривать как следующую ступень развития перцепирующей способности живого существа». Узнадзе. (Там же, стр. 173).
Свой анализ Узнадзе заканчивает такими словами: №13 «Но если это так, если психические свойства, вообще, выявляются в процессе развития и по мере развития материи, то в таком случае, конечно, не может быть сомнения, что ощущение, и тем более восприятие проходит ряд ступеней развития, - что не существует единого восприятия, представляющего все возможные формы его развития, что, наоборот, правильнее считать, что существуют восприятия разных ступеней развития и что их следует различать между собой» Узнадзе. (Там же, стр. 173). Эти высказывания Узнадзе из завершающего этапа его трудов, не оставляют у нас сомнений о близости его идей со взглядами Фрейда об эволюции нашего душевного аппарата. Таким образом, если мы примем за основу приведённое выше мнение Шерозия из №6 об идентичности идей Фрейда и Узнадзе в вопросе первичности бессознательного в восходящей линии развития психики, то всё становится на свои места. Нам остаётся лишь добавить, что оба исследователя свои идеи о развитии психики выводят в полном согласии с учением Дарвина, разумеется, углубляя и развивая её в своей области, т. е. в сфере глубинной психологии.
№14 «В числе новых открытий, вызвавших подобный переворот в науке, Фрейд, по праву называет также открытие Дарвина, ибо благодаря открытию основного биологического принципа эволюции, Дарвин сформулировал новую научную теорию развития органического мира, в основе которой, как известно, лежит его учение об естественном отборе, охватывающем сложный комплекс биологических явлений, распространяющихся и на человека начиная с изменчивости и наследования происшедших изменений, и кончая выживанием в процессе борьбы за существование наиболее приспособленных организмов. В свете этой теории человек рассматривается как основной результат исторического развития органической природы, вовсе не переставая при этом быть непосредственной частью этой природы». Шерозия. (1-й том, стр. 35).
Теперь логически возникает вопрос: в каких пунктах сходятся идеи Фрейда и Узнадзе на то, что составляет основу нашей душевной деятельности, т. е. на бессознательное. №15 «Бессознательное – это большой круг, включающий в себя меньший сознательного, всё сознательное имеет предварительную стадию, между тем как бессознательное может остаться на этой стадии и всё же претендовать на полную ценность психического действия. Бессознательное – есть истинно реальное психическое, столь же неизвестное нам в свей внутренней сущности, как реальность внешнего мира, и раскрываемое данными сновидения в столь же незначительной степени, как и внешний мир показаниями наших органов чувств; Фрейд. («Толкование сновидений», стр. 534). (Даже в наши дни, только немногие могут осознать в какой-то степени такое понимание глобальных психических прцессов, действующих в нашей голове. Что тогда говорить о тех далёких временах! Цитата ясно показывает, насколько далеко ушёл Фрейд от своих современников. Согласно выдвинутым идеям из первых двух частей, наша цель заключается в том, чтобы подобного рода скрытые идеи гениальных исследователей человеческой психики прорвались в сферу сознания). А сейчас мы увидим как понимает такого рода психические процессы другой великий исследователь. Вот что пишет Шерозия, знакомя нас с ранними работами Узнадзе: №16 »И в самом деле, построение новой теории бессознательного – теории установки – Узнадзе начал с отрицания того, что психика может быть причиной психики. Вместе с тем Узнадзе отрицает также и принцип психофизической причинности, имея ввиду, что между психическим (субъективным) и физическим (объективным) нет и не может быть непосредственной и однозначной причинной связи». Далее, Шерозия приходит к выводу об очевидности связи психического с физическим, только в другом ракурсе, и продолжает: №17 «Тогда она (установка) предстаёт как пограничное состояние между психическим (субъективным) и физическим (объективным), в котором обе эти инстанции действительности уже слились в единое целое. И Узнадзе имел полное право сказать, что пограничное состояние, о котором здесь идёт речь, «является всё ещё неведомой нам сферой, для которой совершенно чужды противоположные полюсы субъективного и объективного и в которой мы имеем дело с неизвращённым фактом их внутреннего нерасчленённого существования» 1923 г., Узнадзе. (Шерозия, 1-й том, стр. 160). «Пограничное состояние, которое является неведомой сферой» и «реальное психическое неизвестное нам своей внутренней сущности» - аналогия напрашивается сама по себе и, следовательно, наше предположение, что оба исследователя пытались разгадать одну и ту же жгучую тайну, похоже, начинает получать твёрдые доказательства. (Прошу читателя сравнить эти мысли с идеей об атомно-неорганической субстанции, ведущей своё происхождение с начала начал мироздания).
2. Работа сновидения
Как известно, Фрейд придавал очень большое значение изучению процессов сновидения, полагая что сновидения – это как бы смотровое окно в неведомый мир. Толкование сновидений – краеугольный камень психоанализа, верный путь зондирования психики и разгадки бессознательного мышления. №18 «Благодаря собственному опыту и работам В. Штекеля и других, я научился правильно оценивать объём и значение символики в снвидении (или, вернее в бессознательном мышлении)». Фрейд. («Толкование сновидений», стр. 6). Мы ясно видим, что Фрейд более ста лет назад понимал, что в психике идут неизвестные человеку процессы, идёт работа неведомой сферы, которая только в редких случаях может быть частично осознана человеком. Анализируя работу сновидения, или что то же самое, процессы неизвестной работы в неведомой сфере, Фрейд приходит к выводу о двух «психичечских силах (течениях, системах) в душевном аппарате человека», что нашло блестящее подтверждение в работах американского исследователя Р. Сперри уже в сравнительно недавние времена.
№19 «Мы обнаруживаем при этом совершенно особое понимание сущности сознания: осознание является для нас особым психическим актом, отличным и независимым от процесса воспоминания или представления, и сознание кажется нам органом чувства, воспринимающим содержание данное ему извне». Фрейд. (Там же, стр. 154). (Прошу сравнить эту мысль с идеей того, что сознание является модифицированной частью глобальных психических процессов). Иначе говоря, Фрейд хочет сказать, что сознание получает содержание, информацию из той же неведомой сферы, где идёт эта покрытая мраком неизведанного, таинственного - неизвестная работа.
Для нас особый интерес прдставляет связь, аналогия, иногда буквальная между исследованиями Фрейда т. н. работы сновидения и сведениями о двух типах мышления в связи с открытием Сперри функциональных отличиях левого и правого полушария головного мозга человека. Анализируя работу в неведомой сфере, Фрейд говорит: №20 «Мысли и содержание сновидения предстают перед нами как два изображения одного и того же содержания на двух различных языках, или вернее говоря, содержание сновидения представляется нам переводом мысли на другой язык, знаки и правила которого мы должны изучить путём сравнения оригинала и этого перевода. Мысли сновидения понятны нам без дальнейших пояснений, как только мы их узнаем. Содержание составлено как бы иероглифами, отдельные знаки которых должны быть переведены на язык мыслей. Мы, несомненно, впадаем в заблуждение, если захотим читатаь эти знаки по их очевидному значению, а не по их внутреннему смыслу». Фрейд. (Там же, стр. 303).
Мы видим, что более ста лет назад Фрейд пришёл к выводу о том, что процесс бессознательного мышления, работы в неведомой сфере требует переработки уже в другой логико-знаковой сфере. Очевидно, это и есть работа сознания воспринимающее содержание данное ему извне - так объясняет это нам Фрейд.
А теперь послушаем авторов книги «Поисковая активночть и адаптация»: №21 «Эта несводимость образного котекста к контексту вербальному является основной причиной того, что образное мышление осуществляется (частично или полностью) на бессознательном уровне. Явление творческого озарения, по видимому, состоит именно в том, что в уже в сложившуюся модель действительности или какого-то частного её аспекта внедряются новые, ранее неупорядоченные связи, следовательно, какие-то компоненты образного контекста без очень больших потерь удалось перевести на язык вербального мышления.
Заметим, что речь может всегда идти о более или менее удачном переводе, качество перевода зависит от таланта (может быть, это и есть основное свойство таланта), но в самом лучшем случае не бывает исчерпывающим». Аршавский. Ротенберг. (стр. 151).
Читатель видит безусловную связь идей между двумя цитатами, следовательно, Фрейд получил экспериментальное подтверждение своих выводов, правда, в далёком будущем.
№22 «В 1981 г. Нобелевская премия была присуждена выдающемся американскому исследователю Р. Сперри за изучение функциональных отличий левого и правого полушария головного мозга человека. Открытие Сперри знаменовало переворот в науке о мозге». Аршавский. Ротенберг. (Там же, стр. 141). Бесспорно, оно также должно знаменовать переворот в оценке идей Фрейда, ибо Фрейд говорит о будущем открытий такими словами: №23 «По нашему мнению, в душевном аппарате человека имеются две мыслеобразующиеся инстанции, из которых вторая обладает тем преимуществом, что её продукты находят доступ в сферу сознания; деятельность же первой инстанции бессознательна и достигает сознания только через посредство второй». Фрейд. («Избранное», стр. 119). (Вот она, та гениальная интуиция Фрейда, о которой так часто приходится говорить!).
А сейчас продолжим тему общности идей Фрейда и Узнадзе по ряду вопросов и сравним идеи Узнадзе с тем, чем мы только что познкомились: №24 «А во-вторых, запомним ещё, что в качестве исходной инстанции, с позиции которой мы могли бы дать соответствуюшее объяснение психологической системе сознания, Узнадзе предлагает «подпсихическую» сферу действительности со следующей её характеристикой; «мы полагаем – говорит он – что слияние психического материала в тот определённый комплекс восприятия, который в своей завершённой форме, как содержание восприятия того или иного предмета, состояния или явления, сразу распологается в подразумеваемой за пределами сознания объективной сфере, - слияния в этот комплекс определяется той, ещё неведомой подпсихической сферой, которая является посредницей между объективным и субъективным, ощущением и объектом в чисто психическом (в комплексе ощущений) представляет транссубъективное положение вещей. Мы полагаем, что интенция к объекту, заложенная в переживании всякого восприятия, возможно, опирается только на эту неведомую, подпсихическую сферу». Узнадзе. (Шерозия, 1-й том, стр. 267). Это период деятельности Узнадзе, когда он на стадии изучения неведомой сферы пользуется термином – «подпсихическое». Но, безусловно, дело не в терминах, а в исследовании до сих пор неведомой сферы, «для которой совершенно чужды противоположные полюсы субъективного и объективного».
Узнадзе продолжает: №25 «Дело в том, что «подпсихическое» - это «система отражения», а следовательно, и принцип трансформации «объекта». «В объективной, скажем транс субъективной действительности – говорит Узнадзе – происходит определённый процесс. В подпсихической сфере он отображён адекватно и всплывшие в нашем сознании ощущения, сливаясь в единый комплекс под воздействием подпсихического состояния, переводят это последнее на «язык» психики, и, таким образом, являются нам в качестве сознательного эквивалента объективного явления. Этот комплекс ощущений отражён в сознании в целостном виде, а его составные элементы, отдельные ощущения, слившиеся в комплекс, лишены момента сознания. Это обстоятельство является естественным результатом того, что задача нашего сознания заключается в постижении объективного процесса, а не в предусмотрении самых явлении сознания». Узнадзе. (Шерозия, там же, стр. 270). Перевод бессознательных ощущении с одной сферы в другую – знакомая картина, неправда ли? Но это не всё. Узнадзе развивает эти идеи в такой плоскости: №26 «Разумеется – говорит Узнадзе – было бы ошибкой думать, будто «объект» сам по себе в нашем сознании представлен обособленно, независимо, вне того комплекса ощущении, который даёт перевод «подпсихического» на язык психики. Наоборот, представление объекта в каждый данный момент полностью исчерпывается комплексом слившихся в сознании ощущений, и помимо него не может быть никакого представления о сущности субъекта, потому что он сам является представлением объекта.
Однако ведь всё таки существует такая интенция! Но откуда она явилась? Мы уже знаем, что объективность чисто субъективным феноменам комплексу ощущений придаёт только лишь состояние, «отражённое» в подпсихической сфере, и, ясно, что именно здесь нужно полагать основу указанной интенции». Узнадзе. (Шерозия, там же, стр. 271). (Вот она, та неизвестная, невидимая психическая работа, про которую мы говорили в предисловии!).
Замечательно, что в разное время, разные люди свои многолетние, скрупулёзные исследования ведут в одной и той же неведомой сфере, ещё раз подтверждая мысли Фрейда о том, что сфере бессознательного известные философские понятия о времени пространстве и законы логико-знаковой сферы теряют свой смысл. Здесь мы имеем в виду также, вечные вопросы касающиеся «святая святых» мироздания – что первично, дух или материя. Очевидно они, ещё со времён Демокрита и Платона так и остаются вечными вопросами вплоть до наших дней. Об этих вопросах мы будем говорить подробнее ниже, а сейчас отметим, что в разных цитатах излагаются схожего рода идеи, имеющие отношение к величайшим загадкам психики.
Мимоходом отметим, что, вероятно, в приведённых высказываниях Узнадзе можно уловить корень те сожностей и противоречий его учения, о которых, в дальнейшем, у нас будет идти речь. Эти сложности идут у него, основном, из-за противопоставления своих идей о принципиальной бессознательности того феномена психики, о которм у него идёт речь, (т. е. имеются в виду понятия «подпсихическое», «биосфера», «ситуация», «установка») - к другим понятиям бессознательного, ассоциирующихся, в первую очередь, конечно, с личностью Фрейда. Этот момент – важнейший и, вероятно, самый главный во всей проблеме сознания и бессознательного психического тех времён, и у нас будет много возможностей убеждаться в этом.
Но, вернёмся к Фрейду. Рассказывая нам своих работах, Фрейд делает важное замечание о том, что эта работа в неведомой сфере не поддаётся никакому более или менее точному определению, и, если исследователь из содержания сновидения находит огромное мнжество мыслей, срытых до этого для сферы сознания, то это не значит, что мы можем до конца что-либо осознать: №27 «Не забудем только того, что речь здесь идёт о бессознательном мышлении и что самый процесс легко может быть совершенно другим, чем тот, который мы замечаем в себе при намеренном сознательном мышлении». Фрейд. (Толкование сновидений», стр. 306). Прошу сравнить эту мысль Фрейда, с концом цитаты №21. Не значит ли это, что при всём нашем желании нам никогда до конца не понять, что же творится на самом деле в неведомой сфере? Не это ли хочет поведать нам Фрейд? Да, безусловно, очень трудно понять то, что не подчиняется законам логики. №28 «Отсутствие у сновидения способности к выражению этой связи (психической) объясняется самой сущностью психического материала. Аналогичное ограничение претерпевают и изобразительные искусства – живопись и скульптура...» Фрейд (Там же, стр. 332).
Идеи Фрейда об отсутствии логики, логической связи в бессознательной психике нашли своё подтверждение в далёком будущем: №29 «Мы это также, как знаем непередаваемый смысл своих сновидений. В этом и проявляется особенность организации невербального контекста, его многозначных связей. Сказанное в полной мере относится к живописи...» Аршавский. Ротенберг. (стр. 153). Очевидно, тут мы находим сходство не только по смыслу, но даже в словах.
Фрейд, в ходе своих неустанных поисков разгадок тайн бессознательного мышления в ттаинственной сфере, излагает свои мысли таким образом: №30 «Эта истинная деятельность сновидения гораздо дальше, однако, от бодрствующего мышления, чем предпологают даже те, кто наиболее решительно преуменьшает роль психической деятельности при образовании сновидения. Она вовсе не небрежнее, не слабее и не менее исчерпывающа, чем бодрствующее мышление: она представляет собой нечто совершенно отличное в качественном отношении и потому не может быть сравнима с нею. Она не мыслит, не считает, не судит – она ограничивается только преобразованием». Фрейд. («Толкование сновидений», стр. 443). Мы в очередной раз убеждаемся, что задолго до наших дней Фрейд нашёл в психике другой центр мыслительной деятельности, но, очевидно, совершенно не поддающиися никаким законам логики. Это безусловно, неведомая, таинственная сфера. Забегая несколько вперёд, приводим его высказывание из работы «Остроумие и его отношение к бессознательному». №31 «Признавая, что мы вообще ещё стоим на нетронутой почве, мы довольствуемся, таким образом, тем, что мы, с точки зрения нашего наблюдения, перебрасываем один единственный, узкий и шаткий мостик к непостижимому». Фрейд. («Избранное», стр. 321). Как много сказано этими словами! Господа критики! Прежде чем поносить Фрейда, научитесь выделить, вычленит главное, основное и самое гениальное в его работах!
Возвращаясь к работе «Толкование сновидений» мы видим, что Фрейд конкретизирует полученные данные и приходит к выводу о воздействии бессознательной сферы на сознательную, активную деятельность человека. Эти идеи знакомы нам из вышеизложенного, например, №№ 8, 23, а в дальнейших работах Фрейд доказывает, что взаимодействие двух систем в душевном аппарате человека носит постоянный, стабильный характер, а сновидения смотровое окно в этот мир. По ходу отметим, что это взаимодействие составляет основу учения Узнадзе, следовательно, мы получаем ещё одну возможность убедиться в правомерности нашей позиции.
№32 «Эта сфера – сфера бессознательного. Я предпологаю, что сознательное желание лишь в том становится возбудителем сновидения, когда ему удаётся пробудить равнозначащее бессознательное и найти себе в нём поддержку и подкрепление». Фрейд. («Толкование сновидений», стр. 483). Какими словами в наши дни нам преподают те же идеи, покзывает следующая цитата: №33 «За рамками сознания остаются явления не поддающиеся, по крайней мере в каждый данный момент, логико-вербальной переработке. Однако эти явления находят отражение в образном мышлении. Подвергаясь переработке на невербальном уровне, они влияют на поведение, без чего была бы невозможна адаптация в целостном мире и составляют сферу бессознательного» Аршавский. Ротенберг. (стр. 157). Очевидно, Фрейд был бы доволен тем, что пусть и десятки лет спустя, люди кое в чём начали его понимать!
Впоследствии мы увидим, что работы Узнадзе вполне подтверждают эти идеи Фрейда о взаимодействии двух систем (течении, сил) в душевном аппарате человека.
3. «Обыденная жизнь»
До сих пор мы в основном следили за прцессами в бессознательной сфере, анализируя работу сновидения. Однако, мы постепенно должны, вслед за Фрейдом, подготовиться к другим формам проявления этих таинственных процессов. Вот к каким выводам приходит Фрейд: №34 «Однако эти мысли могут скорее проистекать из дневной работы; незаметно для сознания они могут продолжаться и в период засыпания предстать в готовом виде. Из всего этого мы можем заключить разве лишь то, что наисложнейшая мыслительная деятельность возможна без участия сознания». Фрейд. («Толкование сновидений», стр. 515-516). Значит наисложнейшая мыслительная деятельность происходит постоянно, и что она никак не связана с намеренным их осознанием. В дальнейшем, у нас будет возможность видеть как Фрейд упорно, целеустремлённо доказывает это всё новыми и новыми материалами.
№35 «Вследствие этого запоздалого проявления вторичных процессов ядро нашей натуры, состоящее из бессознательных желаний, остаётся в неприкосновенности, и не подвергается парализованию со стороны подсознательной сферы, роль которой раз и навсегда ограничена указанием наиболее целесообразных путей желаниям, проистекшим из сферы бессознательного. Эти бессознательные желания налагают на все последующие стремления гнёт, которому они должны подчиниться; они могут, однако, стараться отклонить его и направить на более высокие цели». Фрейд. (Там же, стр. 526). Как много идей в нескольких строках! Желания-влечения в ядре нашей натуры. Взаимодействие двух сил в душевном аппарате. Энергия влечений направляемые на более высокие цели. Многие из этих идей Фрейда составляют основу более поздных, наиболее известных работ Фрейда. У нас была возможность отметить это в связи с №8. Как мы видим, Фрейд ведёт наблюдения в самом центре «непостижимого».
№36 «Следуя за анализом сновидения, мы проникаем вглубь этого наичудеснейшего и наитайнственнейшего механизма, правда недалеко вглубь». Фрейд. (Там же, стр. 531). Фрейд проникает в глубь, чтобы сказать: №37 «Ибо достаточно одного внимательного наблюдения над душевной жизнью невротика или одного анализа сновидения, чтобы с неопровержимостью убедится в том, что наисложнейшие мыслительные процессы, которым отнюд нельзя отказать в наименовании психических, могут совершаться без участия сознания». Фрейд. (Там же, 533-534). Итак мы ещё раз убеждаемся в том, о чём говорилось немного выше, т. е., что бессознательная деятельность происходит постоянно, оказывая воздействие на наши сознательные акты, и мы имеем полное право услышать то, о чём говорилось в №15. Однако, внимание читатель! К услышанному мы сразу же добавляем одно высказывание Фрейда, которое противоречить известным взглядам Узнадзе о том, что бессознательное Фрейда – это лишь то же самое сознательное только в отрицательном понятии, т. е. лишённое на некоторый перид сознательности. №38 « Есть, следовательно, двоякого рода бессознательноее; этого разделения психологи не производят. И то и другое – бессознательное в психологическом смысле; но в нашем – то, что мы называем системой бессознательного, не способно дойти до сознания, между тем, как другое потому называется системой предсознательного, что его раздражения, правда, по известным законам, быть может, лишь после преодоления новой цензуры, но, во всяком случае, без всякого отношения к системе бессознательного, - могут проникнут в сознание». Фрейд. (Там же, стр. 536).
Именно из-за этих соображении, мы подвергаем сомнению следующую мысль Узнадзе: №39 «Психология бессознательного определяет бессознательное душевное состояние лишь отрицательно, т. е. как душевное состояние лишённое сознательности,как бессознательное душевное состояние. Для положительной характеристики у неё нет никаких средств: она считает его процессом, который сейчас же по приобретении им признака сознательности становится обыкновенным явлением сознания.
Психология бессознательного обозначает процессы вне сознания и без сознания, лишь отрицательно, лишь как нечто бессознательное. Что касается его положительной характеристики, то такой попытки у неё не встречается вовсе, нужно полагать, потому что этой возможности у неё вообще нет». Узнадзе. («Экспериментальные основы психологии установки», стр. 7). У Фрйда бессознательное не способно дойти до сферы сознанания, и, очевидно, в этом пункте бессознательное Фрейда не попадает под определение Узнадзе. Впоследствии, мы ещё вернёмся к этой теме.
А пока мы планомерно переходим к показу той безусловной связи явлении, изучаемых Фрейдом в разных исследовательских направлениях, а именно: в работе сновидения, в явлениях обыденной жизни и в исследованиях психического феномена остроумия. Фрейд приводит много примеров из наблюдения этой скрытой деятельности психики. №40 «Однажды, я обещал одному молодому автору дать отзыв о его небольшой работе, но в силу внутренных, неизвестных мне противодействий, всё откладывал, пока, наконец, уступая его настояниям не обещал, что сделаю это в тот же вечер». Фрейд. («Избранное», стр. 191).
Фрейд рассказывает, какое обстоятельство помешало ему выполнить своё обещание, и поняв, что неизвестная инстанция противодействует этому, отказал молодому человеку. Этот пример, как и многие аналогичные примеры, объясняются также как приводимые примеры из книги «Поисковая активность и адаптация», когда правая рука отталкивает левую и, наоборот, - у людей с разъеденнёнными полушариями головного мозга. №41 «Иногда между полушариями возникали даже открытые кнфликты» Аршавский. Ротенберг. И далее: №42 «Запомним эти примеры: в них проявляется конфликт между осознанными и бессознательными установками поведения». Аршавский. Ротенберг. (Стр. 144). И опять мы становимся свидетелями того, как Фрейд получает экспериментальные доказательства своих идей в далёком будущем.
По ходу своих рассуждений, Фрейд мимоходом замечает существование какой-то пощряющей и наказывающей инстанции в психике человека: №43 «В общем удивляешься, насколько стремление к правде сильнее у людей, чем обыкновенно предпологаешь. Быть может это результат моих работ над психическими анализами, но я не могу лгать. Стоит мне сделать попытку в этом направлении и я тотчас же совершаю какую-нибудь ошибку...Фрейд. (Там же стр. 216). Именно нечто подобное я имею ввиду, когда говорю, что не для обычных людей эти записи. Ведь, бесспорно, что с точки зрения обыкновенного, рационального, логичного мышления, эта мысль Фрейда кажется совершенно неправдоподобной. А ведь для нас очевидно, что Фрейд почти всю свою жизнь размышлял и трудился в такой абсолютно неопознанной сфере действительности, в которой никак не действовали законы логики или какие-либо философские понятия. Неудивительно, что психика Фрейда разительно отличалась от обычной психики обыкновенного человека. Это касается, например, о роли фантазии в психике человека, о тех процессах в развитии психики, где фантазиям подлинно творческого человека оставлено подобающее место: №44 «Ощущение «уже виденного» отвечает, коротко говоря, воспоминанию о бессознательной фантазии. Подобно сознательным, существуют бессознательные фантазии (или сны наяву)». Фрейд. (Там же, стр. 233). Мы ещё коснёмся этой темы в четвёртой, заключительной части наших трудов. А сейчас продолжим тему о связи, можно сказать бессознательной, требующей выявления между явлениями в разных аспектах многосторонней человеческой активности: №45 «Механизм ошибок и случайных действии, поскольку мы познакомились с ним при помощи анализа, в наиболее существенных пунктах обнаруживает совпадение с механизмом образования снов, в главе «О работе сна». Фрейд. (Там же, стр. 233). Эта тема разрабатывается далее в одной из наиболее остроумных работ Фрейда и преподносится нам в таком виде: №46 «Теперь вспомним, по какому поводу мы при исследовании остроумия подумали о сновидении. Мы нашли, что характер и действие остроты связаны с определёнными формами выражения, техническими приёмами, в ряду которых самыми поразительными являются различные виды сгущения, передвигания и непрямого изображения. Но процессы, приводящие к тем же результатам, т. е. к сгущению, передвиганию и непрямому изображению стали нам известны в качестве особенностей работы сна». Фрейд. (Там же. Стр 310).
Поразительно, какой смелостью надо обладать человеку, - не говоря уж о других качествах необходимых для столь грандиозной работы, которую вёл Фрейд на протяжении всей своей долгой жизни,- чтобы столетие назад искать и находить подтверждение соих идей в столь разных сферах человеческой активности; причём, подводить их к одному и тому же источнику! А в наши дни, кто может похвастаться тем, что продвинулся дальше Фрейда в этих вопросах, хотя бы вооружённый информацией о разных переворотах в «науке о мозге»?
4. В прошлом и в будущем
А сейчас, я предлагаю терпеливому читателю, чтобы лучше понять и осознать свидетельства тех ошибок или случайных действии, признанных в будущем «как конфликты между полушариями» – послушать и проанализировать высказвания трёх разных авторов, которые жили и творили в разное время. Вопреки логике начнём с ближайшего прошлого. №47 «Исследования показали, что при равных условиях любая информация быстрее воспринимается и оценивается правым полушарием. Если вспомнить, что образное мышление обеспечивает не последовательный анализ, а одномоментное схватывание всей информации в целом, улавливание её наиболее общего смысла, эти результаты не вызывают удивления. Такое опережающее схватывание в условиях постоянного взаимодействия двух полушарий, открывает большие возможности – в левое полушарие может не передаваться та информация, компоненты которой активируют неприемлемые для сознания мотивы и провоцируют мотивационный конфликт. В этом и состоит, в сущности, механизм вытеснения». Аршавский. Ротенберг. (стр. 166-167). Впоследствии мы увидим, как рарабатывался механизм вытеснения в работах Фрейда.
А теперь, послушаем Узнадзе. №48 «Всё к чему сознание стремится, всё, что оно в конце концов нам даёт, - говорит Узнадзе, - по существу уже дано в подпсихическом. Разница только в том, что там оно представлено in nuce, здесь же, т. е. в сознании, переводится в термины психического и в таком виде разворачивается во времени и пространстве. Мы могли бы сказать и так, если бы, конечно, позволили себе обратиться к аналогии: в подпсихическом объективная действительность представлена так, как заснятый на фото ладшафт выглядит на непроявленной плёнке. Для того, чтобы этот ландшафт стал видимым, надо проявить негатив, сознание или пхическое представляют именно такое положение дела в подпсихическом». Узнадзе. (Шерозия, 1-й том, стр. 261). (Эта цитата имеет прямую связь с анализами Узнадзе подпсихической сферы действительности (см. ниже). Прошу обратить внимание на то, что по Узнадзе законы времени и пространства не действуют в подпсихическом- совершенно также как у Фрейда в бессознательном. Значит и в этом существенном вопросе теории познания нет разногласий в позициях двух исследователей! Но не это главное в приведённых цитатах. Для полноты картины добавим ещё высказывание Шерозия: №49 «Узнадзе и его сторонники считают, что почти всё к чему сознание стремится, всё что, в конце концов, способно дать нам в качестве знания и переживания, по существу дано в бессознательном психическом в виде «установочного» (нерасчленнёного) отражения». Шерозия. (Там же, стр. 307). Пришла пора вернуться к Фрейду: №50 «Я хочу сообщить вам, какие теоретические представления оказались единственно приемлемыми, чтобы придать понятию вытеснения большую определённость.
Прежде всего, нам необходимо перейти от чисто описательного смысла слова «бессознательное» к систематическому, т. е. мы решаемся сказать, что сознательность или бессознательность психического процесса является лишь одним из его свойств, которое может быть неоднозначным. Если такой процесс остался бессознательным, то это отсутствие сознания, быть может, только знак постигшей его судьбы, но не сама судьба. Для того, чтобы наглядно представить эту судьбу, предположим, что всякий душевный процесс – здесь должно быть допущено исключение, о котором будет упомянуто – сначала существует в бессознательной стадии или фазе, примерно как фотографическое изображение представляет собой сначала негатив и затем благодаря позитивному процессу становится изображением. Но не из всякого негатива получается позитив и также необязательно, чтобы всякий бессознательный душевный процесс превращался в сознательный. Иными словами: отдельный процесс входит сначала в психическую систему бессознательного и может затем при известных усолвиях перейти в систему сознательного". Фрейд. («Введение в психанализ - Лекции», стр. 187).
Надеюсь, уважаемый читатель со мной согласится, если я выскажу мнение, что неизбежно приходишь к выводу о том, что исследователи в основном говорят почти одно и тоже, только разными словами, что не удивительно, принимая во внимание временной интервал между цитатами.
Здесь я не могу удержаться от искушения и не процитировать одно место из трудов Фрейда, которое, в общем-то, планировалось привести по другому поводу: №51 «В психоанализе нам не остаётся ничего другого, как объявить душевные процессы сами по себе бессознательными и восприятие их сознанием сравнить с восприятием органами чувств внешнего мира». Фрейд. («Избранное, стр. 57). Одно из самых известных и критикуемых мыслей Фрейда, а межде тем мы видим, что она никак не противоречит взглядам вышепроцитированных авторов, которые опираются уже на новейшие достижения «науки о мозге. (Мы уже знаем, что идентичность мыслей исследователей объясняется тем, что они вели работы в одной и той же сфере; в действующей, доминирующей, созидающей, господствующей силе мироздания – в атомных структурах неорганическо-мозговой субстанции).
5. Грандиозный и ошеломляющий результат!

Как известно, фундамент психоанализа был заложен Фрейдом уже в первых своих работах. Само собой разумеется, в более поздный период жизни, Фрейд развивает, углубляет, конкретизирует те мысли и идеи, которые только наметились в ранних работах. Некоторие из таких идей мы уже отметили, подчеркнув, что в дальнейшем они заняли главенствующее место в теориях Фрейда. Речь идёт о Влечениях организма, о парадоксах времени и пррстранста в системе бессознательного и т. д. В работе «Введение в психоанализ» которая занимает особое место в творчестве Фрейда, мы чувствуем возросшую уверенность Фрейда – плоды его неустанных наблюдений, раздумий и исследовании тайн «непостижимого». Как бы продолжением его анализа ошибочных действии, описок, оговорк и т. д. является его следующая мысль:№52 «Мы хотим не просто описывать и классифицировать явления, а стремимся понять их как проявление борьбы душевных сил, как выражение целенаправленных тенденции, которые работают согласно друг с другом другом и друг против друга. Мы придерживаемся динамичного понимания психических явлении». Фрейд. (стр. 40). И опять мы вынуждены обратить внимание читателя на №№ 41 и 42, потому что нельзя не восхищаться прозорливосью Фрейда, который может дать фору любым известным прорицателям и предсказателям будущего!
Работа над разгадками тайн неведомой сферы преподносится нам таким образом: №53 «При работе сновидения дело, очевидно, заключается в том, чобы выраженные в словах скрытые мысли перевести в чувственные образы по большей части зрительного характера. Наши мысли как раз и произошли из таких чувственных образов, их первым материалом и предварительными этапами, были чувственные впечатления, правильно сказать, образы воспоминания таковых. Только позднее с ними связываются слова, а затем мысли». Фрейд (Там же, стр. 113). Гениально, не првда ли? Мы чувсвуем, ощущаем этот период из истории человечества – первые зачатки сферы сознания! Интересно было бы знать, какие версии насчёт возникновения сферы сознания у современных учёных? Совпадают ли они с идеями Фрейда? Вот для чего нужно читать и перечитывать туды Фрейда. Ведь они, генераторы плодотворных идей во многих будущих исследованиях, по многим исследовательским направлениям.
Вот одно из самых замечательных высказываний Фрейда: №54 «Я делаю это потому, что не хочу допускать глупого недоразумения, которое может лишить нас результатов всех наших усилий в анализе сновидений, недоразумения при котором сновидение путают со скрытыми его мыслями и высказывают о нём то, что относится к этим последним и только к ним. Абсолютно правильно, что сновидение может представлять всё это и быть заменено тем, что мы уже перечислили: намерением, предостережением, рассуждением, приготовлением, попыткой решения какой-либо задачи и т. д. Но, если вы присмотритесь, то увидите, что всё это относится только к скрытым мыслям сновидения превратившимся в сновидение. Из толкования сновидений вы знаете, что бессознательное мышление людей занято такими намерениями, приготовлениями, размышлениями и т. д., из которых затем работа сновидения делает сновидения. Если вас пока не интересует рабта сновидения, но очень интересует бессзнательная работа мышления человека, то исключите работу сновидения и скажите о сновидении правильно, что оно соответствует предостережению, намерению т. п. В психоаналитической деятельности это часто встречается: по большей части стремятся к тому, чтобы вновь нарушить форму сновидения и вместо него восстановить общую связь скрытых мыслей, из которых оно составлено.
Так, совершенно между прочим, мы узнаём из оценки скрытых мыслей сновидения, что все эти названные чрезвычайно сложные душевные процессы могут проходить бессознательно,- столь же грандиозный, сколь ошеломляющий результат!». Фрейд. (Там же, стр. 141). (Я более чем уверен, что мой дружелюбный читатель испытывает ко мне чувство благодарности за верный порядок подачи материалов. Ведь, имея понятие об атомно-неорганической психосфере, которая обитая в нашей голове, тем не менее, ведёт свое происхождение с начала начал мироздания, читатель может адекватно оценить гениальность Фрейда! Сто лет назад он анализировал ту скрытую деятельность глобальной инстанции в нашей голове, про котороую не имели ни малейшего представления его современники! Лишь впоследствии, в работах другого великого гения – Узнадзе - идеи Фрейда получили своё развитие. Вот эти блестящие вдохновения прошлого, должны быть как следует оценены в наше просвещённое время! Вот на такие идеи опирается выдающееся открытие Сюзанны Резерфорд и Сюзен Лундквист! (см. предисловие). В осозании таких параллелей заключается основной смысл приводимых здесь многочисленных, многословных, утомительных цитат). Итак, мы наблюдаем за уточнением и углублением тех идей, вытекающих из более раннего периода деятельности Фрейда. Здесь, мы особо отметим ещё тот несомненный факт, что Фрейд никогда не кривит душой когда сталкивается с теми загадками, на которых у него нет ответа: №55 «Мой первый ответ на вопрос, почему сновидение не должно быть в указанном смысле многозначным гласит, как обычно в таких случаях, я не знаю, почему это так не должно быть». Фрейд. («Там же, стр. 140).
Уверенность же Фрейда видна, когда он анализируя навязчивые действия, говорит: №56 «Именно такое положение вещей мы имеем ввиду, когда говорим о существовании бессознательных душевных процессов.
Мы бросаем вызов всему миру, предлагая более строгим научным образом представить эти факты, и тогда мы охотно откажемся от существования бессознательных душевных процессов». Фрейд. (Там же, стр 176).
Фрейд ещё определёнее выражает эту мысль, прдолжая анализ и касаясь вопросов фиксации на трамве: №57 «Но этим выдвижением бессознательного на первый план в душевной жизни мы вызвали самых злых духов критики психоанализа» Фрейд. (Там же, стр. 181). В этих последних высказываниях совершенно ясно, чётко выделяется кардинальная идея концепции Фрейда – основа психологии глубин в бессознательном мышлении живого существа. В этом пункте она резко расходится с концепцией Узнадзе из начального периода его титанической деятельности. Замечательно то, что, как увидит читатель, вреде бы непримиримые противоречия двух самых гениальных концепции в истории человечества, в конце жизненного пути Узнадзе находят пути сближения. Неудивительно, что в эпоху сталинизма этот факт умалчивался из-за понятных причин.
6. Узнадзе о сновидении
Судя по всему, исходя из логики последних высказываний Фрейда, нам, очевидно, нужно на какое-то время перейти к идеям человека принявшего вызов Фрейда, правда не в смысле огульного охаивания психоанализа, а, наоборот, обогащением оригинальнейшими замыслами всей проблемы бессознательного.
Если вспомнить наше замечание, связанное с №26, где мы отметили уже не общность, а противопоставление взглядов Фрейда и Узнадзе в оценке бессознательного, и добавить к этому только что высказанные мысли то, по-видимому, пришла пора начать анализ этого противостояния, которое мы считаем глвнейшим во всей проблеме и сознания и бессознательного психического. Как читателю известно, мы уже кое-что про это в связи с №№ 38-39. Продолжая эту тему надо подчеркнуть, что, по нашему мнению, единственным достойным оппонентом Фрейда в этих вопросах, по праву является Узндзе. Это право он заслужил исходя из своей многлетней деятельности именно в той сфере, где в наивысшей степени проявилась суть беспримерной психоаналитической работы Фрейда. Это со всей очевидностью показывает блистательный анализ Шерозия. Сейчас мы сделаем попытку показать, где же, в какм пункте резко расходятся концепции Фрейда и Узнадзе. Разумеется, всё это прекрасно показано у Шерозия в долговременном анализе, но наш краткий анализ в сжатом виде резко выпячивает кардинальный пункт этого противостояния. Но об этом чуть позже, а сейчас представим слово Шерозия из его критического анализи теории Фрейда: №58 «Нет, скорее причина этого – в главном упущении Фрейда: он не замечает потребности «в принципе связи» с транспсихическим. Отсюда и порочный круг предложенного им психического ряда систем БСЗ-ПРСЗ-СЗ-БСЗ... в принципе отдаляющий мир человеческой психики от большого мира Вселенной». Шерозия. (2-й том, стр. 215). С этим трудно не согласиться имея ввиду то, что у Фрейда нет работ, где бессознательное выводиться из головы человека. Однако нельзя сказать, что такой великий гении как Фрейд не чувствовал необходимости такой связи. Необходимость такой связи наглядно видна, например, в его труде «Судьба влечений», но об этом мы поговорим подробнее в четвёртой, заключительной части наших трудов. К тому же и в других его поздных работах мы видим стремление найти связь между оккультными явлениями, которые считались и до сх пор считаются ненаучными, и психоанализом: №59 «Хочу сказать, что, включив бессознательное между физическим и тем, что до сих пор называлось «психическим», психоанализ подготовил почву для предположения таких процессов как телепатия.
Привыкни мы к представлению о телепатии, с её помощью мы сможем сделать много, по крайней мере, в воображении. Ведь, как известно, нет сведений о том, как осуществляется общая воля в больших колониях насекомых. Возможно, это происходит путём подобной прямой психической предачи. Возникает прдположение, что этот первоначальный, архаический путь коммуникаций между отдельными существами, который в процессе филогенетического развития вытесняется лучшим средством сообщения при помощи знаков, воспринимаемых органами чувств. Но более древнее средство может сохраниться, оставаясь на заднем плане, выступая на первый план при определённых условиях, например, в страстно возбуждённых массах. Всё это неопределённо и полно нерешённых загадок, но пугаться этого нет причин». Фрейд. («Введение в психоанализ- Лекции», стр. 333). Кажется, наше предположение оправдалось. Фрейд замечает необходимость «связи», но, как говориться нельзя «объять необъятное». Фрейд этими мыслями, как бы, передаёт эстафету Узнадзе, величайшая заслуга которого перед мировой наукой в наведении связи между физическим и психическим. «Установка является всё ещё неведомой нам сферой, для которой совершенно чужды противоположные полюсы объективного и субъективного и в которой мы имеем дело с неизвращённым фактом их внутреннего нерасчленённого существования» - №17). Узнадзе. (Это нерасчленённое существование получило законченное выражение в наших работах. Читатель об этом уже знает!).
Однако, прежде чем перейти к идеям Узнадзе о сновидении, вернёмся назад и приведём одну мысль Фрейда имеющую прямое отношение к №59. №60 «Замечательно, что бессознательное одного человека может непосредственно влият на бессознательное другого, обойдя его сознание». Фрейд. («Избранное», стр. 74). Это примечательное высказывание Фрейда – сердцевина его идей в своей неоспоримой связи с его предыдущими идеями из последних цитат.
Так уж получилось, что с Узнадзе мы, пока, знкомились фрагментарно, сейчас мы добавим к этим фрагментам позицию Узнадзе в вопросе сновидений, ну, а систематическое знакомство с его учением, которое, в общем-то занимает ведущее место в этой части трудов, состоится чуть позже. Прежде всего посмотрим, что подразумевал под понятием «психическое» Узнадзе. №61 «...специфическим, необходимым признаком психического является то, что оно имеет свой предмет. Согласно этому, каждая психическая функция, как индивидуально определённый факт, объязательно подразумевает свой предмет. Психическое взятое само по себе –внутренне, предмет – внешне. Настоящий конкретный психический факт является единством этого внутреннего и внешнего. Следовательно, об определённом психическом факте можно говорить лишь постольку, поскольку через него даётся это единство». Узнадзе (Шерозия, 1-й том, стр. 76). Эта чётко высказанная мысль, в свою очередь, составляет сердцевину всего учения Узнадзе. Меня, лично, восхищет в Узнадзе его способность просто и ясно преподносить свои идеи таким образом, что создаётся иллюзия, что это всё это, действительно, так естественно и просто, что может прийти в голову любому смертному.
Узнадзе продолжает: №62 «Между внутренным и внешним не всегда одинаковые отношения; определённая психическая функция содержит определённый предмет, однако это не означает, что она всегда реально содержит его; как внутренняя возможность она содержит его только как идею, интенционально, и это фактически или психологически проявляется в том, что субъект имеет влечение к своему предмету, тогда как к «чужому» предмету «индифферентен». Узнадзе» (Шерозия, там же, стр. 76). В свою очередь, Шерозия весма красочно анализирует эти идеи Узнадзе и преподносит их нам в таком виде: №63 «И, вообще, принято считать, что, согласно общей теории установки Узнадзе, сама эта установка может проявляться и как целостно-личностная структура отношения к внешней среде и как целостно-личностная структура отношения к внутренней среде. Что касается «разрядки» наших установок, то она всецело зависит от окружающей нас действительности в принципе способной удовлетворить все наши потребности. Но удовлетворить не иначе как путём «насилия» над ней». Шерозия. (Там же, стр. 80).
Интересно, как реагировал бы Дарвин, наблюдая над тем, как психологи «насилуют» его любимую «внешнюю среду», доминирующую в его учении об эволюции органической природы. Для полноты картины послушаем Фрейда: №64 «Первоначально всё либидо сосредоточено в Оно, в то время как Я находится ещё в состоянии развития, или ещё немощно. Оно вкладывает часть этого либидо в эротические стремления к обладанию объектом, после чего окрепшее Я пытается овладеть этим объектным либидо и навязать Оно в качестве любовного объекта себя самое. Нарцизм Я, таким образом, является вторичным отнятым у объекта.
Всё снова и снова мы убеждаемся в том, что влечения, которые мы можем проследить, оказываются восходящими от Эроса. Не будь высказанных нами ранее соображений и не будь, кроме того, садических дополнении к Эросу, мы вряд ли могли бы держаться дуалистического воззрения. Но так как мы вынуждены держаться его, то нам приходиться создать впечатление, что влечения к смерти большей частью безмолвствуют, и что весь шум жизни исходит преимущественно от Эроса». Фрейд. («Избранное, стр. 393-394). Добавим примечание: «Согласно нашему пониманию направляемый на внешный мир инстинкт разрущения отвращён от собственного Я с помощью Эроса». Фрейд. Даже в таких интимных вопросах обладания объектом, или же влечения к своему предмету мы находим то таинственное нечто, что как магнитом притянивает к себе наших героев. И опять, мы отвлеклись от последовательного хода повествования, ибо теория влечений Фрейда это тема отдельного серьёзного разговора, а пока мы, наконец, переходим к тому, что считаем главнейшей проблемой бессознательного. №65 «Содержание сновидения строится на основе установки. Следовательно, направление работы сознания сновидения определяется не под воздействием мыслей и других переживаний субъекта, а благодаря той или иной установке. Поэтому понятно, что содержание сновидения строится так, будто бы его конструирование происходит за пределами спящего. Если его определяет не содержание сознания самого субъекта, но его установка, то ясно, субъект не переживает сновидение, как продукт собственной воли. Преимущество этой концепции заключается в том, что она объясняет особенности сновидения, не прибегая для этого к понятию бессознательного мышления и не подразумевая раздвоения личности». Узнадзе. (Шерозия, 1-й том, стр. 87).
Этими словами Узнадзе резко пртивопоставляет свои идеи, тем идеям бессознательного, которые прежде всего ассоциируются с именем Фрейда, в основном базирующимся, как мы неоднократно убеждались на бессознательном мышлении людей. Узнадзе считает это бессознательное мышление в корне ошибочной теорией, так как атрибуты такого бессознательного мышления он считает простой негацией сознания, т. е. в принципе он их относит к сознательной сфере. Игнорируя по существу, многолетние труды Фрейда базирующиеся на множестве скрупулёзных наблюдений над процессами в бессознательной сфере, Узнадзе, в стремлении видет неведомую сферу «принципиально бессознательной» порой переходит грань.
Между тем, если внимательно читать Фрейда, то в №38 мы видим, что и у Фрейда есть понятие принципиально бессознательного, а то, о чём говорит Узнадзе, у него фигурирует как сфера «предсознательного». Мало того, в следующей части мы увидим продолжение идей Фрейда в том смысле, что появляется понимание троякого рода бессознательного и, следовательно, многозначности этого феномена. Этот момент принципиальный в проблеме бессознательного тех времён. Нам кажется, что именно в этом вопросе корень тех сложностей и противоречий учения Узнадзе, о которых, в будущем, нам предстоить основательно разобраться.
Продолжаем тему сновидения: №66 «Если понять, что сновидение является возникшим на основе актуальной установки продуктом спонтанного действия психики, то ясно, что оно, безусловно, каким-то образом должно ослаблять напряжённость фунуциональной тенденции нашей психики в направлении этой установки..., если бы это было не так, то, ввиду неудовлетворённости функциональной тенденции, напряжённость импульса действия в соответствии с субъективной установкой, повысилась бы до такого уровня, что, в конце концов она затмила бы силу действующей на нас реальной действительности и субъект начал бы мыслить, чувствовать и действовать не в соответствии собъективной действительностью, а соответствии со своей субъективной установкой: связь между субъектом и объктивной действительностью разорвалась бы, и человек начал бы жить в мире, построенном на основе своей субъективной установки, то есть мы имели бы дело с психотическими состояниями». Узнадзе. (Шерозия, 1-й том, стр. 89). Законы установки не зависят от физического состояния субъекта – проходит ли деятельность в о сне или наяву. Разрядки наших установок, как во сне так и наяву, ослабляют напряжённость функциональных тенденции психики - видимо, это главное в терии сновидений Узнадзе. Непритворное удивление вызывает тот факт, что ни Фрейд, ни Узнадзе не распологая, естественно, новейшими представлениями о психофизиологии сна во многом идут впереди современных учёных в своих смелых догадках. Вот где проявляется сила революционного знания о феномене мозгового вещества под нашей черепной коробкой!
7. Фрейд и проблемы сознания
Прежде чем перейти к трудам Фрейда, представляющих для нас наибольший интерес в связи с дальнейшим их сопоставлением с учением Узнадзе, где, по нашему мнению, наиболее видна картина общности их задач по исследованию таинственной сферы, мы коснёмся вопроса о роли сознания в работах Фрейда, из-за чего он, как известно, подвергался наибольшей критике.
Разве удивительно, что, если Фрейд погрузился в пучину глубинной психологии, то он, вероятно, каким-то образом должен был принижать на первых порах, роль сознания в этих процессах? Это естественно: №67 «Какая же роль выпадает на долю некогда столь всемогущего, оставляющего в стороне всё остальное сознания? Роль органа чувств для восприятия психических качеств». Фрейд. («Толкование сновидений», стр. 537). Ради спрведливости, отметим, что с подобного рода идеями мы уже встречались и у Узнадзе в №48, и у Аршавского и Ротенберга в №47. Значит, с идентичными мыслями о роли сознания в вопросах психологии глубин мы ещё будем неоднократно встречаться. Не желая повторяться насчёт сказанного, мы приводим одно высказывание Фрейда, которое закрывает тему игнорирования Фрейдом роли сознательной сферы в психике человека. В этой цитате он как всегда проницателен- сам подвергает сомнению категоричность некоторых ранних выводов. №68 «Мы испытываем потребность основательно пересмотреть свой подход к проблеме сознательное – бессознательное. Сначала мы были склонны значительно снизить значимость критерия сознательности, поскольку он оказался столь ненадёжным. Но мы поступили бы несправедливо. Здесь дело обстоит так же как с нашей жизнью: она много не стоит, но это всё что унас есть. Без света, этого качества сознания, мы бы затерялись в потёмках глубинной психологии: но мы имеем право попытаться сориентировать себя по-новому». Фрейд. («Введение в психоанализ- Лекции», стр. 343). Достойный ответ настоящим и будущим критикам, которых всегда хватало у Фрейда. Послушаем составителия книги «З.Фрейд. Избранное» профессора А. И. Белкина: №69 «Сегодня, как и во времена первой публикации, отзывы коллег и учёных о З.Фрейде удивительно полярны. Здесь легко найти всё; и ненависть и преклонение и полное отрицание и слепое следование каждому слову Учителя. Почему же психоанализ на протяжении почти 100 лет оказывается мишенью для нападок и предметом восхищения? Может быть, ответ надо искать не только в самом учении, но и в подходе к нему учёных, которые столь различно относяться к учению Фрейда. Проблема эта весьма сложна и, я бы сказал деликатна. Ясно одно: вся структура их научного мышления иная, чем у Фрейда. Это, как правило, рационалисты, для которых логика, прежде всего. Каждое умозаключение основано у них на воспроизводимости результатов в эксперименте. Теория с их точки зрения должна отличаться формальной строгостью, а используемый способ познания – клиника, эксперимент, воспроизводимость результата .
Предмет их исследований – сфера нормального и нарушенного сознания, а не бессознательного.
И вдруг появляется человек, который берётся изучать нечто такое, что не поддаётся изучению... бессознательная сфера, - заявляет он, не подчиняется законам времени и пространства, этиологию многих форм психических расстройств надо искать в самых ранних этапах жизни младенца, начиная с рождения. Видимая причина заболевания не есть истинная причина... а только вершина айсберга, основание которого уходит в неведомую глубину.
Как после всего этого начинаюшим и признанным учёным с их железной логикой, чёткими последовательными умозаключениями не назвать Фрейда «выскочкой»? Белкин. (Стр. 12).
И ещё одна цитата предисловия профессора Белкина: №70 « С того момента, как Фрейд обнародовал свою теорию, с повестки дня не сходит вопрос: кем же он был? Учёным-естествоиспытателем, мистиком, философом? Белкин. (Стр. 11).
Здесь, мы считаем уместным, привести некоторые выдержки из работы Шерозия, которые много лет оказывают на меня потрясающее впечатление, ибо они дополняют в психологическом смысле мои сугубо кокретные анализы необычного мира шахматного искусства. В четвёртой части, читатель увидит, что мы имеем ввиду.
К тому же, надо отметить, что Шерозия в этой части своей прекрасной работы проводит, действительно, достойный Фрейда критический анализ его теории. Мы уже имели возможность отметить, что считаем Узнадзе единственным достойным оппонентом, и, одновременно, партнёром Фрейда в исследованиях «непостижимого». Добавим к этому, что, по нашему мнению, Шерозия является единственным достойным критиком, и, главное, популяризатором идей и Фрейда и Узнадзе. Следует ещё добавить в связи с приводимыми цитатами, что мысли Шерозия о «трагичности» или о других свойствах сознания мне не совсем понятны в том смысле – исходят ли они из критики психоаналитического учения Фрейда или же отражают сугубо конкретную позицию самого автора? Скорее всего, мы наслаждаемся блестящей импровизацией Шерозия! Впрочем, судите сами.
№71 «Однако понять свою задачу в виде такой дилеммы значит, ничего не понять, ибо, в сущности, наше сознание почти никогда не терпит и не может терпеть противоречия, в конечном счёте, оно должно разрешить и так или иначе всегда разрешает его, это противоречие, хотя при этом ему далеко не всегда удаётся уйти от возможных поражений. Причём, наше сознание терпит поражение, - также как и делает успехи, - только при выборе позиции; в первую очередь оно и есть этот выбор, сделанный в мире неопределённостей; т. е. выбор нашей позиции в это мире.
Поэтому-то и происходит так, что сам этот выбор может быть не только удачным, но и неудачным, а иногда крайне ошибочным, ибо ни те предпосылки, на основе которых нашему сознанию приходится сделат выбор определённой позиции из неопределённого числа возможных, и не то время, которое представлено ему для этого, особенно, при сверхпроблемных и сверхкритических ситуациях, порой вовсе недостаточны.
И что удивительного, если наше сознание, вынужденное принять окончательное решение таких именно сверхпроблемных и сверхкритических ситуациях делает не только роковые ошибки, но порой и поразительные открытия, в том числе и открытие своих ошибок и заблуждений, т. е. принимает это решение через эти ошибки и открытия». Шерозия. (2 й том, стр. 81). Лично для меня этой цитаты вполне достаточно, чтобы признать их автора необыкновенно талантливым человеком, настолько она производит впечатление, ибо совершенно точно воспроизводит картину событий в одной области человеческой действительности, где автор этих строк считает себя достаточно компетентным. Конечно, читател уже знает, что эта сфера – удивительный, волшебный, шахматный мир!
Шерозия продолжает: №72 «В общем, стремление челевеческого сознания к монизму очевидно, и этого удаётся достигнуть благодаря тому, что в любой конкретной ситуации оно находит в себе силу решить стоящую перед ними дилемму (противоречие). Однако, будучи единственно возможной системой нашей внутренней и внешней упорядоченности, наше сознание делает это не всегда по одной и только объективной необходимости в самом её решении, т. е. в том смысле, что человеческое сознание всегда вынужденно решать свою дилемму (противоречие) – верно или неверно, это всё равно, - ибо, в конечном счёте, не решить её оно не может. Разве моё сознание не есть мой выбор в мире неопределённостей? Т. е. выбор моей позиции в этом мире? Ведь до этого выбора оно, как моё сознание вообще не существует. В сущности, это и заставляет его фактически принимать иногда решения совершенно нескладно, против своей воли и при полном отсутствии необходимых для этого оснований даже при его «нейтральном» состоянии. Однако, выбрав, таким образом, ту или иную позицию из неопределённого числа возможных, моё сознание может гарантировать мне хорошую программу действий, но в то же время оно может и вовсе не гарантировать меня от ошибок. Причём, само это сознание почти никогда не видит со стороны свои собственные ошибки, как и свои собственные открытия в момент решения им своей дилеммы – (противоречия), тем более в ситуациях крайне напряжённых и прблематичных, что порой и придаёт в его глазах определённую непогрешимость, как его ошибкам, так и его открытиям». Шерозия. (Там же, стр. 82).( Здесь, помимо аналогии с шахматной игрой, чётко прослеживается аналогия с нашей кардинальной психологической теорией – теорией обмана и самообмана. Что же это значит? Это зачит, что мы должны чётко осознать скрытые формы творческого процесса , в сответствии с изоложенными мыслями по этому поводу из первых двух частей. Это значит, что накопленная инфрмация из анализа мира шахматного искусства, из работ Фрейда, Узнадзе, Шерозия и др., подспудно оказывала решающее воздействие на мою последующую творческую работу).
Читая и перечитывая книгу Шерозия поазительно богатую оригинальнейшими идеями, я двольно часто думаю о том, что, если психоаналитическое учение заслуживает тех эпитетов, которыми его награждали те критики, о которых говорит профессор Белкин, то, бесспорно, психоанализу должно хватить одной только работы Шерозия в том положительном смысле, что только благодаря психоаналитическому учению Фрейда и теории установки Узнадзе, мы знакомимся с такой неординарной интерпретацией идей этих авторов. Чтобы не быть голословным продолжим: №73 «Скорее, это трагедия сознания человека. А если, несмотря на это, человеческое сознание не тухнет никогда, то это потому, что ему на помощь приходит его бессознательное» Шерозия. (Там же, стр. 84).
Выхваченные из контекста отделные выдержки, безусловно, обедняют общую картину гениальной режиссуры Шерозия «но имеющий уши да слышит!».
№74 «Это значит, что каим бы непримиримым не явился сам по себе антагонизим между сознанием и бессознательным их можно (и нужно) объединить в целостной системе человеческой психики, тем более что в принципе этот антагонизм всегда относителен и разрешим. Иначе, мы никак не смогли бы понять ни поразительных успехов, ни поразительных ошибок человеческого сознания в момент принятия им решения при крайнем недостатке или избытке необходимой для этого информации, особенно при крайне напряжённых и проблематичных ситуациях, когда на это сознание возлагается задача выйти из часто возникающих в таких случаях противоречий, данных ему в виде той или иной дилеммы.
Однако, оказавшись перед сложной и невероятно трудноразрешимой дилеммой наше сознание то удивительно и быстро и успешно решает её, то делает ето поразительно плохо или вообще не делает, ибо в случае принятия решения из двух одинаково фигурирующих на его поверхности альтернативных положений, казалось бы, в корне исключающих возможность «третьего», оно находит путь именно к этому «третьему» и тем самым легко вырвается из заколдованного круга самой дилеммы, как бы опережая самое себя, тогда, как в случае отказа от принятия решения оно (наше сознание) скованно и ему не удаётся сделать выбор из альтернативных сторон дилеммы, в силу чего оно вынуждено оставить её нерешённой, как бы отказавшись от самого себя, тем более, что только простой выбор одной из этих альтернатив ещё не есть решение дилеммы. Чтобы решить дилемму, сознание должно снять альтернативу, т. е. из двух одинаково фигурирующих на его поверхности противоположных положений, казалось бы, в корне исключающих возможность «третьего», выбрать именно это «третье». Иногда оно – это третье, истинно «третье» и сознание, познающее его совершает скачок в мир неопределённостей (незнания)...». Шерозия. (Там же, стр 84-85). (Вот и подтверждение того, о чём немного выше мы говорили. Очевидно, эти мысли Шерозия, своеобразно помогли мне в деле правильного осознания процессов интиутивного познания. См. первую и вторую часть). Эти многословные цитаты придут в своё время в логическую связь с заключительной частью трудов.
№74 «Однако, не так уж легко уяснить себе свою задачу, однажды потеряв возможность найти её вовремя; порой нашему сознанию вообще не удаётся сделать это, особенно при сверхпробных и сверхкритических ситуациях, а тем более при неравной схватке с нашими бессознательными психическими влечениями, так яростно ускользающими из под власти нашей воли (сознания) и действующими на нас разрушительно». Шерозия. (Там же, стр. 86-8/). И наконец, заключительный аккорд поразительной истории, необыкновенно ярко изображённой Шерозия: № 76 «Причины жестокого несовершенства и трагичности человека, прежде всего, следуют искать в несовершенстве и трагичности его сознания, т. е. в невозможности для этого последнего всецело заняться им, с тем, чтоб регулировать при этом не только его предуготовленные поступки и преднамеренные действия - мир его логики и точных расчётов, но его желания и непредвиденные действия – мир его ожиданий, невероятностных и вероятностных: точнее в невозможности для его сознания предотвратить разрушительные действия его бессознательного, это огромной сферы его интимных влечении, приемлемых и неприемлемых, одно за другим проявляющихся из глубоких недр его души. Напротив, конфликт между сознанием и бессознательным психическим непреодолим, и если вообще можно говорить, что он разрешим, то он, в конечном счёте, почти всегда решается в пользу этого последнего, но не в пользу сознания, от чего и зависит судьба человека, их носителя. Бессознательное – это стихийное, неудержимое и неукротимое начало человека, его непосредственная связь с большим миром Вселенной и космической жизни в целом, могучая сила его деятельности и его подспудных отнощении... Шерозия. (Там же, стр. 93). (Проблемы сознания наиболее эффектно отображаются на шахматной доске, когда в голове шахматиста идёт в наиболее сжатой, ёмкой форме борьба разных психических сил при выборе наилучшего пути в мире неопределённостей (см. заключительную часть). Укажем, что действующие лица этой захватывающей драмы сознания: поэт- убийца своего учителя из далёкого детства, лысый проффесор психологии, Одноглазый присяжный заседатель из рассказа Леонгарда Франка «Причина».
На этом мы временно расстаёмся с проблемами сознания и переходим к основным и важнейшим вопросам в трудах Фрейда. Они потому важны для нас, что речь в них идёт непосредственно о той сфере, которую мы называем атомно-неорганической. Замечательно, что приводимые идеи Фрейда удивительно соответствуют такому статусу этой сферы.
8. Пространство и время
Наблюдая, анализируя процессы бессознательной сфере, Фрейд не раз поднимает вопрос о времени и пространстве в это неведомой сфере: №77 « Процессы системы бессознательного находятся вне времени, т. е. они не распределены во временной последовательности, с течением времени не меняются, вообще не имеют никакого отношения к времени». Фрейд. («Избранное», стр. 39). Далее, Фрейд развивает эту тему: №78 «Относительно вытесненных следов воспоминаний можно констатировать, что на протяжении длиннейшего промежутка времени они не терпят никаких изменений. Бессознательное вообще находится вне времени». Фрейд. («Избранное», стр. 238, примечание).
Вспоминается история, как, познакомившись с «Истрией религии» трагически погибшего Александра Меня, я, находясь под глубоким впечатлением от этого прекрасного произведения, заинтересовался отношением к факту непорочного зачатия Иисуса в понимании такого, в высшей степени талантливого исследователя религиозных вопросов, как А. Мень. Начав чтение книги А. Меня «Жизнь Иисуса» в предвкушении момента истины в этом тёмном, запутанном вопросе, я с превеликим удивлением обнаружил – и тут уместно вспомнить выбор «третьего» у Шерозия – что А. Мень хранит гробовое молчание, обходить эте щекотливую тему.
- Причём тут непорочное зачатие, когда речь идёт о времени и пространстве – спросит удивлённый читатель?
Ассоциация с этой историей возникла у меня, когда я подумал, что не припомню, чтобы кто-либо из критиков Фрейда затрагивал эту тему в своих злобных нападках на Фрейда, ловко обходя вопрос о феномене времени и пространства в бессознательном. Разумеется, гораздо удобнее и приятнее муссировать без конца, набившую оскомину, любимую, всем прекрасно известную сексуальную тему, вспомнить бедного, несчастного царя Эдипа и т. п.
От себя добавлю, что в те, не такие уж далёкие времена, на нашей планете только два человека были компетентны в этих вопросах, два главных героя этой небольшой работы, которые всю жизнь вели наблюдения в эпицентре сферы, представляющей собой величайшую тайну психики, а значит, мироздания.
Ещё припомним многоуважаемому читателю, что мы имели возможность отметить позицию Узнадзе в №48, где он, косвенно выражает согласие с Фрейдом в вопросах времени и пространства в неведомой сфере.
Фрейд продолжает анализировать этот феномен и в более поздных работах: №79 «Мы установили, что бессознательные душевные процессы сами по себе находятся «вне времени». Это, прежде всего, означает то, что они не упорядочены во времени, что время в них ничего не изменяет, что представление о времени нельзя применить к ним». Фрейд. (Там же, стр. 415). Мы чувствуем возросшее внимание Фрейда к этим вызывающим недоумение, странным явлениям. Свидетельство этого: №80 «Для процессов в Оно не существует логических законов мышления, прежде всего тезиса о противоречии. Противоположные импульсы существуют друг подле друга, не отменяя друг друга и не удаляясь друг от друга, в лучшем случае для разрядки энергии, под давлением экономического принуждения объединяясь в компромисные образования. В Оно нет ничего, что можно было бы отождествить с отрицанием, и мы с удивлением видим также исключение из известного философского положения, что пространство и время являются необходимыми формами наших психических актов». Фрейд. («Введение в психоанализ – Лекции», стр. 345).
Честно говоря, удивление вызывает не столько то, с чем мы только что познакомились, а полный вакуум вокруг этих, действительно, непостижимых явлений обнаруженных и обнародованных Фрейдом. Дипломатическое обхождение проблемы, полное молчание, даже без ядовитых критических стрел и это на протяжении многих десятков лет! Но это не всё! Фрейд продолжает: №81»В Оно нет ничего, что соответствовало бы представлению о времени, никакого признания течения во времени, и что в высшей степени странно и ждёт своего объяснения философами, нет никакого изменения психического процесса с течением времени. Импульсивные желания, которые никогда не переступают через Оно, а также впечатления, которые благодаря вытеснению опустились в Оно, виртуально бессмертны, спустя десятилетия они ведут себя так, словно возникли заново». Фрейд. (Там же, стр. 346). Призыв Фрейда к философам, оказался «гласом вопиющего в пустыне»!
№82 «У меня всё время создаётся впечатление, что из этого не подлежащего сомнению факта неизменности вытесненного во времени, мы мало что дали для нашей теории. А ведь здесь, кажется, открывается подход к самому глубокому пониманию. К сожалению и я не продвинулся здесь дальше». Фрейд. (Там же, стр. 346).
Проникая всё глубже в таинственную сферу, Фрейд всё больше убеждается в необходимости самого её глубокого понимания. В этой сфере всё противоречит законам логики, философским понятиям. Видимо, в этом ответ на наши недоумённые вопросы. Вспомним №69. Учёным с железной логикой, с чёткими последовательными умозаключениями, нечего надеятся на какое-либо пониманеие в тех научных проблемах, где даже Фрейд не очень далеко продвинулся, как он сам в этом признаётся. Возникает вполне естественный, весьма простой и законный вопрос к учёным изучающим деятельность, функционирование мозговых структур. Господа, не пора ли давать ответы Фрейду, пусть и с некоторым опозданием? Если Вы не будете этого делать, то как можно верить вашим исследованиям, когда вы даже не делаете попыток разгадки тех феноменов психики, на которые вам указывали сто лет назад?
9. Влечения-потребности
Эти понятия – влечения биологического организма у Фрейда и потребности живого существа у Узнадзе, занимают особое место в концепциях обоих исследователей и, очевидно, имеет смысл рассматрывать их параллелно, в одной плоскости. Мы уже отмечали зарождение этих идей у Фрейда, например, в №8 в связи со взглядами Фрейда сопряжённых с эволюцией нашего душевного аппарата, продолжалась эта тема в №№35, 64, а сейчас мы познакомимся конкретнее с этим вопросом, наблюдая по ходу как эти мысли начинают занимать главенствующее место в идеях Фрейда. Однако, сначала мы хотим отметить то обстоятельство, что изучая труды Фрейда, нас никогда не покидает уверенность в том, что мы, бесспорно, знакомимся с работами добросовестного, трудолюбивого учёного-исследователя, а не пророка, месии изрекающего непререкаемые истины: №83 «Если мы серьёзно отнесёмся к топике психических актов, то мы должны обратить внимание на возникающее в этом месте сомнение. Если какой-нибудь психический акт испытывает превращение из психической системы БСЗ. в систему СЗ. (ПСЗ.), то следует ли нам предпологать, что вместе с этим превращением связана новая фиксация, как бы вторичная запись означенного представления, которая, следовательно, может иметь место в новой психической локальности, и первоначальная бессознательная запись сохраняется наряду с этой новой? Или нам следует полагать, что это превращение состоит в изменении состояния, которое совершается над тем же материалом и над той же локальностью? Этот вопрос может показаться нелепым, но должен быть поднят, если мы хотим составить себе определённое представление о психической топике и о психической глубине. Этот вопрос трудный, потому что он выходит за пределы чистой психологии и касается отношения душевного аппарата к анатомии». Фрейд. «Избранное», стр. 59). Впоследствии, в заключительной части мы увидим, что новейшие исследования мозговой деятельности в своих изысканиях сталкиваются с подобными загадками, которые, если быть объективным, сто лет назад лучше понимались Фрейдом и Узнадзе нежели современными учёными. Например, в последней цитате совершенно однозначно, чётко, ясно и конкретно подчёркивается, что всё психологическое одновременно является биологическим, что составляет принципиальную основу фндаментальной работы Д. Майерса «Психология», с которой мы в своё время познакомимся. Этот несомненный факт убедительное свидетельство того, о чём неоднократно будет говориться в последующем изложении: психология глубин, психология Фрейда и Узнадзе – единственно возможный, верный, надёжный компас в мраке бессознательного, где идеи Фрейда и Узнадзе и в наше время наилучшим образом помогут освещению потёмков глубинной психологии.
Продолжая нашу работу укажем, что у нас была возможность видеть сомнения, колебания Фрейда в №55, мы присутствуем при этом в данный момент, и в последующем изложении также найдутся доказательства того, что Фрейд никого не призывает верить ему слепо.
Сейчас мы конкретно начинаем показ кардинального элемента в бессознательной психике: №84 «Ядро бессознательного состоит из психического коррелата влечений, которые стремятся дать выход своей энергии, т. е. из желании.
Эти влечения координированы одно с другим, существуют одно с другим, и не противоречат лруг другу. Если становятся одновременно активными два таких желания, цели которых должны казаться несовместимыми, то эти оба душевных движения не отдаляются одно от другого и не уничтожает одно другое, а объединяются для образования средней цели, компромисса». Фрейд. (Там же, стр. 68). Помимо тех ссылок на которых немного выше указывалось, обращаю ваше внимание и на связь этих идей, с мыслями о феномене времени и пространства в №№78-82.
№85 «Самыми основными источниками такого внутреннего раздражения служат так называемые влечения организма, которые являются представителями всех действующих сил, возникающих внутри организма и переносимых на психический аппарат; именно они являются самым важным и самым тёмным элементом психологического исследования.
Пожалуй, мы не найдём слишком смелым прдположение, что исходящие от этих влечении действия являются по типу несвязанным, а свободноподвижным, стремящимся к разряду, нервным процессом. Самое большее, что мы знаем об этих процессах, даёт изучение сновидений. При этом мы обнаружили, что процессы в бессознательных системах коренным образом отличны от процессов (пред-) сознательных, что в бессознательном отдельные заряды энергии легко могут быть целиком перенесены, передвинуты, сгущены. Если бы то же самое случилось бы с материалом предсознательного, это привело бы нелепым результатам; поэтому получаются известные странности в явном содержании сна после того, как предсознательные остатки дня подверглись переработке, согласно законам бессознательного. Я назвал зто свойство таких процессов в бессознательном – «первичным» психическим процессом, в отличие от соответствующих нашему нормальному бодрствованию «вторичных» прцессов». Фрейд. (Там же, стр. 420). (Итак, мы наблюдаем за первым в истории человечества процессом размежевания психических функции в голове человека. Этот процесс продолжилсия в учении Узнадзе и получил логическое завершение в наших работах (см. первую и вторую часть). Справедливости ради отметим, что в общем, философском, чисто абстрактном смысле, впервые он получил своё чёткое определение, отображение в дуалистическом разделении мира у Платона. С одной стороны бестелесный мир идей, с другой стороны, грубо материально-физическое тело субъекта). Мы не будем повторяться о множестве, как всегда, идей в этом высказывании Фрейда, отметим лишь то, что сам Фрейд считает процессы, связанные с влечениями организма «самым важным и самым тёмным элементом» исследований. Несомненно, эти весьма и весма любопытные процессы всегда находились под пристальным вниманием Фрейда и, разумеется, они очень часто подвергались переоценке. Поражает позиция горе-критиков Фрейда, которые примитивно воспринимали фрейдовскую условную схематизацию душевного аппарата живого существа, и отмечали только лишь антагонизм и противоборство душевных сил при такой условной схематизации. Что это далеко не так, мы постараемся показать в заключительной части при анализе уже упомянутого труда «Судьба влечений», а также работы «Проблема дилетантского анализа».
Теперь же познакомимся с теми идеями Узнадзе, которые по нашему мнению крайне важны, для, хотя бы, некоторого относительного понимания «самых тёмных элементов» имеющих отношение к бессознательному.
№86 «Ещё в 1925 г., в первом томе своих «Основ экспериментальной психологии» Узнадзе выдвинул идею об установке – как опережающем всякое собственно психическое, и даже биологическое (приспособительное), поведение отражения организмом не только внешней, независимо от него существующей, но и внутренней, своей собственной среды «in nuce содержащем разрешённую задачу» этого самого долженствующего быть осуществлённым поведения в данной среде как в том, так и другом направлении и принял её за исходную идею своей концепции о бессознательном психическом (установке)». Шерозия. (2-й том, стр. 357). «Неведомая сфера», «непостижимое», «ядро бессознательного», «первичные процессы», «подпсихическое», «биосфера» и т. д., к чему, собственно говоря, сводятся все мысли, идеи высказывания действующих лиц этих строк, и у Узнадзе фигурирует в окончательном варианте под понятием «установки» - опережает всё поведение (физиологическое, биологическое и т. п.) внутренней среды организма. Между прочим, уловить элементы такого понимания можно и в №63, где разрядки Влечении – Потребностей организма удвлетворяются путём насилия над внешней средой. В связи со сказанным вспоминается №83 и примечания к той цитате. А теперь прошу, многоуважаемый читатель послушать высказывание Фрейда, которое всегда вызывало резкое неприятие у определённой категории критиков: №87 «Мы уже слышали, что копуляция, это временное слияние двух одноклеточных, влияет в сохраняющем и омолаживающем смысле на обе клетки. Посредством этого можно было бы сделать опыт: перенести выработанную психоанализом теорию либидо на взаимоотношения клеток друг к другу и представить себе, что именно жизненные или сексуальные влечения в каждой клетке берут другие клетки в качестве своих объектов, и их влечения к смерти, вернее вызываемые этими влечениями процессы, частично нейтрализуются и, таким образом, сохраняют им жизнь, в то время как другие клетки, в свою очередь, действуют также по отношению к первым, а ещё новые жертвуют собой для выполнения этой либидиноизной функции». Фрейд. («Избранное, стр. 433). Между прочим, прошу обратить внимание на то, что Узнадзе свою идею выдвинул ещё в 1925 г., т. е. немного позже того времени, когда Фрейд писал эти строки, и надо сказать, что необыкновенный литературный дар Фрейда не всегда играет положительную роль; так , если удалить красочное оформление идеи, то слова Фрейда получать такой смысл: жизнедеятельность клеток регулируется тем феноменом, который командует всеми анатомическими, физиологическими, биологическими и другими процессами живого существа. Сопоставлением идей Фрейда и Узнадзе как здесь, так и по целому ряду других вопросов мы хотим показать, что понять адекватно проблему бессознательного можно только таким путём; т. е. следуя принципу дополнительности, и, таким образом, изучая наследие Фрейда и Узнадзе как бы в одном контексте. Разумеется, это замечание относится только к тем вопросам, которые нас интересуют с нашей точки зрения. Читатель отлично понимает, что мы имеем в виду!
На данном этапе наших трудов, необходимо получить информацию о понятии Потребность в учении Узнадзе. В своей завершающей – творческий и жизненный путь работе – Узнадзе говорит о самом широком этого слова и продолжает: №88 «Дело в том, что необходимо различать два основных рода потребностей – потребности субстанциональные и потребности функциональные». Узнадзе. («Экспериментальные основы психологии установки», стр. 29).
Мы увидим, что нас, в первую очередь, интересует потребность функциональная. №89 «В организме констатируется не нужда в чём-либо субстанциональном: он сремится к активности как таковой, он нуждается просто в самой деятельности. Это значит, что естественное состояние живого организма вовсе не заключается в неподвижности. Наоборот, живой организм находится в состоянии подвижности. Он прекращает его лишь временно и условно. Это – тогда, когда организм принужден обратиться к отдыху, хотя, впрочем, и здесь абсолютной приостановки деятельности у него никогда не бывает: органические прцессы и в этих случаях, как и во всех других, продолжают быть активными. В зависимости от условий, в которых приходиться быть организму в каждый данный момент, у него появляется потребность к функционированию в том или в ином направлении. Этого рода потребности мы и называем функциональными потребностями». Узнадзе. (Там же, стр. 29). Мы узнали, что организм стремится к «активности как таковой», вспомним №8 и в связи с этим послушаем Фрейда из более позднего периода его деятельности: №90 «Если эта энергия перемещения есть десексуализированное либидо, то её можно назвать также сублимированной, ибо, служа восстановлению единства, которым – или стремлением которому – отличается Я, он всё же направляется на осуществление главной цели Эроса, заключающей в соединении и связывании. Если мы подведём под эти перемещения также мыслительные процессы в широком смысле слова, то и работа мышления окажется подчинённой силе сублимированного эротического влечения». Фрейд. (Избранное, стр. 393). Укажем, что это начало цитаты №64, так что неплохо дочитать цитату. Обращаю особое внимание любознательного читателя на последнее предложение этой цитаты, в связи с нижеследующим сопоставлением с идеями Узнадзе. Нам также не помешало бы освежить в памяти идеи Узнадзе из №66, где мы улавливаем несомненную связь между понятием «функциональной потребности» и понятием «напряжённости функциональной тенденции» требующей соответствующей «разрядки» напряжённости. Вспомим про «мышление, подчинённое желаниям-влечениям» и поставим точку на этом, пытаясь найти источник всех этих таинственных процессов в главном, итоговом заключении Узнадзе: №91 «Так мы видим, что психология человека строится на принципе активности его, как целого – на принципе его установки. Так называемые психические функции человека – его наблюдение, представление, внимание, как и мышление и воля представляют лишь дифференцированые психические свойства, которые обслуживают его установку». Узнадзе. («Экспериментальные основы психологии установки», стр. 204 ). (Вот пример гениального научного предвидения! Эти дифференцированные психические функции обслуживают господствующую и созидающую силу мироздания – глобально-космические психические процессы, которые функционируют в атомной субстанции под нашей общечеловеческой черепной коробкой!). Как у Фрейда так и у Узнадзе психические функции обслуживают ядро нашей бессознательной натуры. Вероятно, не всем понравится такая наша вольная интерпретация идей Фрейда и Узнадзе, но этого требует невидимая логика этой первой, предварительной стадии наших трудов. (Опубликован в 2003 г).
10. Особые люди
Мы имели возможность приводить факты, вроде бы докзывающие или подтверждающие факты того, что Фрейд получал доказательства или подтверждения многих своих идей в будущем. Но это были мои предположения, сомневаться в которых имеет полное право даже доброжелательно настроенный читатель. Сейчас, у нас появилась возможность демонстрации авторитетного подтверждения такого факта: №92 «Вернёмся ещё к скрытым мыслям сновидения! Самым сильным их элементом является вытеснённое влечение, которое, опираясь на случайные раздражители и переносясь на остатки дневных впечатлений, нашло в них своё выражение, пусть смягчённое и заувалированное. Как и любое влечение, оно стремится к удовлетворению при помощи действия, но путь в сознательную сферу закрыт для него физиологическими механизмами состояния сна; оно вынуждено пробываться в обратном направлении к восприятию и довольствоваться галлюцинаторными удовлетворениями. Таким образом, скрытые мысли сновидения переводятся в сровокупность чувственных образов и зрительных сцен». Фрейд. («Введение в психоанализ-Лекции, стр. 309). Сразу же отметим аналогию с знкомыми нам идеями «разрядок» и ослабления «напряжённости функциональных тенденции», и пдчеркнём этот факт как ещё одно неопровержимое свидетельство правомерности нашей позиции, о которой мы несколько выше говорили. Она заключается в необходимости понимания того, что исследования Фрейда и Узнадзе взаимно дополняют и обогащают друг друга, следовательно, надо исходить из того что исследования объединяет, а не из того, что их разъединяет. Обещанная цитата из книги «Поисковая активность и адаптация»: №93 «В этой связи интересно напомнить, что ещё в середине 30-их годов З. Фрейд в одной из своих статьей мимоходом заметил, что во время сновидения должен падать мышечный тонус и блокироваться двигательное поведение.
Это было за 20 лет до того, как эксперименты Жуве объяснили, почему активнейшее состояние мозга сочетается во время быстрого сна с торможением двигательной системы». Аршавский. Ротенберг. (Стр. 102).
Здесь мы хотим затронуть ещё одну тему. По ходу работы мы уже видели много захватывающих сцен, картин, образов, выводов, иногда столь необычных с точки зрения нормального человеческого мышления, что Фрейд понимает – эти идеи не для обычных людей. Для примера приведём следующую цитату. №94 «Мы не утверждаем, что смерть есть единственная цель жизни, мы не игнорируем перед лицом смерти жизнь. Мы признаём два основных влечения и приписываем каждому его основную цель. Как переплетаются оба в жизненном процессе, как влечение к смерти используется для целей Эроса, особенно в его направленности во внешный мир в форме агрессии, - всё это задачи будущих исследовании». Фрейд. («Введение в псхоанализ – Лекции», стр. 366). Фрейд прекрасно понимает, что не для обычных людей предположения такого рода, не подчиняющие никаким законам формальной логики. Очевидно, эти мысли ждут своих будущих героев, которые найдут какую-то другую, высшую логику в таких необычных предположениях.
Поэтому, Фрейд обращаясь к своим многочисленным критикам говорить следющее: №95 «Меня могли бы спросит, убеждён ли я сам, и в какой мере, в развитых здесь предположениях. Ответ гласил бы, что я не только не убеждён в них, но и никого не стараюсь склонить к вере в них. Правильнее: я не знаю, насколько в них верю». Фрейд. («Избранное», стр. 340). Ну, а где же те особые люди, которым под силу возвыситься над обычным, тривиальным человеческим мышлением? №96 «Я полагаю, что здесь было бы очень целесообразно последовать примеру одного автора, который из личных соображений напрасно старается уверить, что ничего общего с высокой и строгой наукой не имеет. Я говорю о Г. Гроддеке, неустанно повторяющем, что – то, что мы называем своим Я, в жизни проявляется преимущественно пассивно, что в нас, по его выражению, «живут» неизвестные и неподвластные нам силы. Все мы испытываем такие впечатления, хотя бы они и не овладевали нами настолько, чтобы исключить всё остальное, и я открыто заявляю, что взглядам Гроддека следует отвести надлежащее место в науке». Фрейд. (Там же, стр. 378). Вот и нашёлся человек, который ещё дальше Фрейда идёт в своих смелых предположениях. Мы видим, что Фрейд решительно на стороне таких людей, понимая необходимость вовлечения новых талантов для постижения «непостижимого».
Без всякого сомнения, таким крупнейшим талантом является, в первую очередь, конечно, Узнадзе; в этом нашего читателя не стоит особо убеждать. Следующая стадия нашей работы сопряжена, в основном, с показом таинственной деятельности неведомой сферы не только в локальном месте под нашей черепной коробкой как у Фрейда, а по всему большому миру окружающей среды. Выход бессознательной психической сферы из локального местонахождения в глобальный мир, является величайшей заслугой Узнадзе перед человечеством. Сейчас мы переходим к систематическому ознакомлению с психологией установки, находя, как всегда, опору в фундаментальном труде Шерозия и надеясь на то, что наши дальнейшие усилия помогут нам в изучении крайне любопытных вопросов, сопряжённых с исследованием неведомой сферы.
Читатель знает, что мы с самого начала нашей работы постарались ознакомиться, хотя бы, в общих чертах с этим учением и с теми сложностями и противоречиями, с которыми концепция Узнадзе сталкивалась по ходу своего становления. При дальнейшем изложении материала, в ходе сопоставления и противопоставления идей Фрейда и Узнадзе, мы уже более или менее конкретно ознакомились со многими идеями Узнадзе. Сейчас, мы познакомим вас с ранними трудами Узнадзе.
11. В начале пути
№97 «Итак, начнём с первой попытки подойти к проблемам смежных наук о человеке – теории познания, логики и психологии с точки зрения «бессознательной психики». Среди ранних произведении Узнадзе, посвящённых этому вопросу, обращают на себя внимание работы: «Что такое теория познания» и «Индивидуальность и её генезис», 1910 г. ...». Шерозия. (1-й том, стр. 202).
Судя по всему, Узнадзе чувствовал своё призвание с юношеских лет. Как мы увидим, он ищет объект своего познания, находит его и осознанно, целеустремлённо исследует неведомую сферу, обрастая по ходу своей деятельности когортой, плеядой талантливейших учеников и последователей, которые на протяжении последнего столетия работали вместе с ним, и продолжали работать после его кончины. (Я лично знаком с «последним из могикан», учеником Узнадзе академиком Надирашвили. С его оценкой глобальной, психическо-эволюционной теории мы познакомим вас в заключительной части).
№98 «Для человека, - пишет Узнадзе, - мир представляет субъективное явление постольку, посколько невозможно, чтобы какая-нибудь вещь или какое-нибудь явление имели для него какую-либо ценность независимо от него; всякое явление, которое я называю реальным, только потому становится таковым, что, прежде всего в моих органах чувств происходит всякое взаимодействие между этими явлениями; их оценка и значение – плод мышления человека; с этой точки зрения вся природа – явление моего субъективного сознания, вне субъективного сознания не существует для меня ничего – ни вещи, ни её свойств; но это субъективное явление в то же время представляет для меня нечто «транссубъективное, находящееся вне меня, которое заставляет меня относиться к нему так, а не иначе. Таким образом, нечто субъективное в целом требует, чтобы я признал его трассубъективным, чтобы то, что происходит во мне, я поместил бы вне меня». Узнадзе. (Шерозия, 1-й том, стр. 202. (Еще один яркий пример гениальной интуиции! Как будто Узнадзе говорит об атомной субстанции!).
Подобно тому, как мы ощущали первые зачатки сферы сознания в связи с №53, мы чувствуем нечто подобное – первые зачатки тех идей, которые привели к самому гениальному учению во всей истории человечества. Самое гениальное учение, про которое почти никто ничего не знает. Этот парадокс – результат ошибки сознательной сферы, причём ошибки радикальной – выражаясь языком Узнадзе. По мере наших скромных сил, мы постараемся найти верный путь, ведущий к восстановлению справедливости.
№99 «Следует при этом обратить особое внимание на окончательно всё ещё неопределённую сущность суждений Узнадзе. Он пишет: «Представим, что, кроме моего субъективного опыта, существует нечто транссубъективное; тогда напрашивается объяснение, что я транссубъективное использую в качестве первой ступени, на которой я укрепляюсь в возможном транссубъективном мире и отсюда строю и исследую этот последний, даю объективное обоснование субъективному мнению о нём и этим я нахожуобъязательное познание для всех». Узнадзе. (Шерозия, там же, стр. 203). Вероятно, одним из отличительных свойств гения надо признать, когда человека тянет к решению таких проблем в столь молодом возрасте.
№100 «Однако круг основных вопросов теории познания этим не исчерпывается; наряду с этим возникает проблема и генетической закономерности познания, логически необходимой предпосылкой рассмотрения которой у нашего автора выступает соответствующее решение вопроса об источнике познания. «Когда передо мной находится мир, - говорит Узнадзе, - который настойчиво требует от меня ответа на вопрос: что я есть, что мы есть? Когда у меня возникает неудержимое стремление к познанию, я невольно должен обратитьтся к тем источникам, которые делают возможным существование моего познания. Где находится тот Х, анализ и синтез которого даёт в качестве необходимого результата познания? Есть ли этот Х сама природа независимо от меня, или этим являюсь Я, независимо от неё? Ести ли Я объект, объект такой именно какой стоит сейчас пердо мной, - эмпирический объект или субъект имеют решающее значение в решении этого вопроса? Или возможно и то и другое: как объект так и субъект принимают участие в процессе моего познания, как его источники? До тех пор, пока эти вопросы не получат окончательного решения, пока источники познания раз и навсегда не будут выяснены, до тех пор само познание будет стоять на одной точке». Узнадзе. (Шерозия, там же, стр. 205). Постепенно картина проясняется: нам очевидны симулы, мотивы тех работ Узнадзе, которые неумолимо приводят его к источнику познания – неведомой сфере (к атомной сфере в голове человека). Однако терпение: № 101 «Если, например, до появления сознания как специфической функции высокоорганизованной материи – головного мозга человека – различие (многообразие) чуждо для природы, представляющей собой единство самой в себе замкнутой системы, то с появлением сознания, как говорит Узнадзе «обстановка полностью меняется. С этого момента оно («т. е. сознание как одухотворённая часть мира». (А. Ш.)) созерцает весь мир с точки зрения различия: с одной стороны оно само, а с другой – всё остальное... Но поскольку оно познало то, что независимо от него в нём проявляется, оно признало своей собственностью исходящее из самого себя. Оно противопоставило себя как действующую силу всему остальному миру, и таким образом разделило мир надвое и развернуло непроходимую пропасть между этими двумя частями. Как видим, этим путём сознание выдвинуло идею своего «Я». Это была ошибка, и эта ошибка является радикальной. Едва возникнув, сознание стало на ложный путь, дав тем самым опору познавательному стремлению, вечному исканию истины». Узнадзе. (Шерозия, там же, стр. 208). (Сравните эти мысли с нашими идеями насчёт происхождения и роли сознания в псхике человека. Сознание есть рабочий инструмент в руках господствующей, созидающей силы мироздания ).
Столетие спустя, у нас есть возможность следить за началом творческого пути человека, внёсшего наибольший вклад в мировую науку исследованиями загадок психики. И что мы видим? Ясный, холодный ум, уже в юности чётко осознающий свои задачи и железную волю в достижении своей цели.
Разделение мира надвое – ошибка, радикальная ошибка сознательной сферы, значит надо искать принцип единства этого мира! (Принцип единства мира заключается в вечной во времени атомной субстанции под нашей черепной коробкой. Тем интереснее следить за первыми шагами по пути осознания этой истины!).
№102 «Надо обратить внимание, что в качестве внутреннего импульса процесса познания, у нашего автора выступает стремление сознания восстановить единство мира, нарушенное им же самым. «Существенным свойством природы человека, - пишет Узнадзе, - является стремление в конце концов свести к единству то бесконечное многообразие, в виде которого нам представляется мир. Пока он этого не достигнет, до тех пор его познавательное стремление постоянно и упорно требует от него решния различных проблем, до тех пор он не успокоится. Он уподобляется утлой лодке, которой играет и даже угрожает гибелью неутомимая волна. Для неё необходима пристань. И такой пристанью для души является всеобъемлющее единство».
При этом наиболее каверзным для нашего автора оказался вопрос: в чём заключается источник единства мира и где его следует искать...? Узнадзе. (Шерозия, тамже, стр. 209).
Узнадзе в начале пути, но безошибочное чутьё подсказывает ему верное направление к цели: №103 «Мы, - пишет он, - ничего не знаем о действительных свойствах объективного существования: онтологически существует множество действительностей или существует нечто единое? Это для нас тайна, покрытая мраком. Наш ум стремится развеят мрак вокруг этой тайны... с этой целью он обращается к свим собственным средствам и ими действует. Это действие многообразно объективируется, многообразно проявляется, но в каждом отдельном случае оно больше проявляет силы и свойства человека, чем свойства существующего; поэтому истрия познавательного стремления является характеристикой сущности души человека, а не прямых свойств объекта познания; история науки и философии является познанием духовных сил человека, она – процесс самопознаня». Узнадзе. (Шерозия, там же, стр. 209). (Гениально! Почему это так получается? Потому что главный объект познания для мыслящего человека находится под его черепной коробкой, а не в бескрайных просторах Вселенной). Чутьё не подводит Узнадзе. Мрак вокруг тайн неведомой сферы, он пытается осветить работами, где целостно-личностное состояние индивида составляет основу решения многих загадок этой сферы. Но, пока это лишь намечается в уме; изнурительная, кропотливая, долговременная работа – впереди.
А пока, мы совершенно неожиданно, вдруг получаем ещё одно доказательство схожести идей о времени и пространстве у Фрейда и Узнадзе. Видимо, эти «вечные» вопросы нельзя осознать следуя законам логики, а не значит ли это, что исследователи проникли туда где («мы с удивлением видим также исключение из известного философского положения, что пространство и время являются необходимыми формами наших психических актов?». Фрейд). В подтверждение этого предположения, я не могу удержаться от искушения и не привисти одно высказывание Марка Аврелия из книги П. С. Таранова «Эмоции ума»: №104 «Солнечный свет един, хотя и дробится стенами, горами и бесчисленным множеством отдельных и своеобразных тел. Едина душа, хотя она раздроблена между множеством существ и особых образовании». Марк Аврелий. (Стр. 255). Прямо таки напрашивается вывод, что и Марк Аврелий добрался до неведомой сферы, но вернёмся к Узнадзе: №105 «Анализ самого сознания даёт наилучший ответ на этот вопрос: сознание прозорливо во времени и воспринимаемо в широких рамках; универсум же стоит вне времени и пространства, преодолевая широкие границы; сознание вмещает пять или шесть представлений, тогда как универсум в один и тот же момент времени неограничен в своих свойствах: так разве возможно, чтобы познание, узкое и временное, вместило бы в себя и таким образом представило для нас единым во всей своей деятельности безграничный и вечный универсум или универсальную силу. Сознание поступило так, как было возможно: оно безграничный универсум вместило в рамки пространства, стоящую вне времени всеобщую, действующую силу – в рамки времени и тем самым положило начало различию между собой и стоящим вне его самого. Оно по-своему окрестило то, что не принадлежало ему – всеобщую силу, и этим познанием положило начало своему Я». Узнадзе. (Шерозия, 1-й том, стр. 210). Печать гения лежит в этих строках, великого гения, которому суждено открыть принци жизни (см. ниже). Но, об этом в своё время.
№106 «И положение Узнадзе о том, что всякое онтологическое разъединение на материальное и идеальное – «плод радикальной ошибки сознания человека. Этим объясняется, что наука ищет истину и в своём искании стоит на пути объединения и обобщения. Вместе с тем, если необходимо выдвижение чёткой и определённой дефиниции, то мы не сможем найти лучшей формулы для определения индивидуальности, с точки зрения её генезиса, чем следующее: индивидуальность – всеобщая сила, вмещённая в узкие рамки самосознания». Узнадзе. (Шерозия, там же, стр. 210).
Логика последних высказывании Узнадзе подтолкнула нас к новому пониманию той проблемы, о которой говорилось в связи с №65.Мы, с разных точек зрения пытались объяснить резкое расхождение во взглядах Фрейда и Узнадзе. Эти прдположения остаются в силе, а новый подход, нахождение относительно верного решения в понимании этих вопросов мы пытаемся найти в сравнении путей и подходов к решению этих проблем, т. е. мы решаемся сказать, что, в какой степени, и как отличались, и в какой степени и как сходились друг с другом как личности Фрейд и Узнадзе – от этого сравнения во многом зависит понимание главнейшей проблемы бессознательного тех времён.
Гении Фрейда вёл его к решению загадок «непостижимого» именно путём Фрейда; зондирование психики методом, выработанным Фрейдом; изо дня в день многочасовые анализы пациентов, откуда Фрейд черпал богатейший практический материал, фантастическое воображение, редкая наблюдательность, глубокая эрудиция, и блестящий литературный дар Фрейда – неполный перечень тех сил, тех психических функции, которыми оперировал Фрейд.
Узнадзе родился в 1886 г, а в 1910 г., он предстаёт перед нами как человек невиданных способностей. В этих работах 1910 г., где он только намечает пути своего дальнейшего научного продвижения, мы ещё улавливаем в его мыслях какие-то эмоциональные оттенки и это придаёт особую изюминку этим ранним трудам. Ну, а впоследствии мы увидим настоящего Узнадзе – холодный, чётко работающий, целеустремлённый ум, с порога отвергающий всякие эмоциональные порывы, т. е. мы хотим сказать, что и воображение и эмоции и фантазии имеют чётко очерчённые границы – всё служит главной цели, куда его ведёт необычайно одарённая натура.
Особенно ярко гениальность Узнадзе высвечивается в следующем высказывании; однако, прежде чем его приводить, давайте, читатель, вместе припомним узловые исторические события прошлого столетия, сопряжённые с существованием Российской империи – только договоримся, если я что-нибудь пропущу, то вы сами постараетесь восполнить общую картину.
Итак, начиная с 1905 г. и дальше – первая русская революция; первая мировая война; великие русские революции 1917 года –февраль и октябрь; Ленин и Сталин; гражданская война и образование СССР; Гитлер и «новый порядок» в «тысячелетнем рейхе»; Вторая мировая война и разделение планеты на два противоборствующих лагеря; Холодная война и новое противостояние противоборствующих сил; гонка вооружении, унёсшая в финансовом отношении гораздо больше средств, чем все «горячие» войны на нашей планете вместе взятые; развал сперва соцлагеря, а затем СССР.
А теперь послушаем Узнадзе в 1910 г. №107: »При этом особое внимание привлекает попытка автора ввести понятие о «бессознательном психическом» в рассмотрение законообразностей истории: «Для историка, например, - пишет Узнадзе, - необъяснимым и непонятным являлся бы сам факт исторического развития, если бы он отрицал существование бессознательных духовных явлений. Мы все знаем, что свою историю творит сам народ; всякий отдельный член общества, принимая то или иное участие в историческом развитии, вносит свой вклад в развитие нации. Но сознательное действие, помыслы, думы, и цель каждого отдельного индивида, элемента общества полностью противоречит обычно тому историческому эффекту, который должен считаться результатом действии всего народа. Этот результат часто носит печать неразумия, в то время как его творцы стремились к осуществлению разумного. Удивительно, но вся истрия представляет полную противоположность желаниям его творцов. Узнадзе. (Шерозия, там же, стр. 212).
(Господствующая сила мироздания – атомная субстанция под нашей черепной коробкой непостижимо манипулирует сознательной сферой в своих непостижимых целях. Об этом сознательная сфера узнала совсем недавно, а Узнадзе писал эти вышеприведённые строки в начале 20-го века!).
№ 108 «Если бы существовали, - говорит он, - только сознательные психические явления, а бессознательные представляли бы собой только бессмысленные и бессодержательные слова, тргда полностью надо было опровергнуть факт исторического развития. Эпоха просвещения и рационализм действительно отрицали идею истории, поскольку длч них существовало лишь сознательное. Для нас же история несомненный факт, и поэтому мы объязательно должны принять такую гипотезу, которая сделает этот факт легко воспринимаемым для нашего разума. Такая же гипотеза, прежде всего, - подтверждение бессознательной психической жизни. Эта гипотеза объясняет нам многое в исторических явлениях». Узнадзе. (Шерозия, там же, стр. 212. Попытка развития этих гениальных идей будет предпринята нами в заключительной части трудов.
12. Понятие «подпсихического»
Напомню читателю, что мы не ставили себе целью последовательно излагать и анализировать ни концепцию Узнадзе, ни, тем более Фрейда, о которой написано столько, что в этом отношении она бьёт все рекорды. Наша задача чётко выражена – приводить материалы, сопряжённые с деятельностью неведомой, таинственной сферы. Эта позиция не изменилась, только надо учесть, что эта часть работ содержит нформацию, в основном, сопряжённой с теорией Узнадзе, ввиду меньшей её информированности в общем и в целом. Следующая цитата логически вытекает из №24 и предшествует №25: №109 «Мы вынуждены признать, - говорит Узанедзе, - что влияние объективного на живое существо в этой подпсихической сфере, вызывает соответствующее себе «изменение», являющееся адекватным выражением объективного, поскольку оно лишено субъективной природы. Но так как оно лишено и объективной природы, то в нашем сознании переводится на «язык» психики в виде психических процессов и, следовательно, становится основой синтезов этих последних». Узнадзе. (Шерозия, там же, стр. 161). В соответствии с вышесказанным, мысли этой цитаты приходят во взаимодействие с №№ 24, 25, 26 показывающих общность идей Фрейда и Узнадзе по ряду вопросов. Попутно, отметим взаимодействие двух психических сил, систем в душевном аппарате человека. (Как интересно следить, наблюдать за первыми попытками абстрактного мышления понять структуру душевного аппарата, анализируя механизм взаимодействия глобальных психических процессов и сознательного мышления! Ещё раз повторю, что изучая такие прошлые анализы невидимой психической деятельности, мы все можем лучше осмыслить работу атомно-психического механизма эволюционных процессов, разработанного Сюзанной Резерфорд и Сюзен Лундквист, см. выше).
Популярно, прибегая аналогии, Узнадзе объясняет нам, что подразумевается под понятием подпсихического, и опять создаётся иллюзия, что это настолько просто и естественно..., словом, как в №61. №110 «Если бросить в воду камень, то её поверхность своеобразно зарябит. Когда камень большой, то появляются волны одного вида, когда меньше – другого. Если волны вызваны ветром, то они имеют один вид, а когда они вызываются движением парахода – другой. Это значит, что в этом случае мы имеем дело не с простым изменением состояния воды, а с совершенно определённым изменением, в котором видна также сущность вызвавшего его «агента». Можно сказать, что состояние воды – реально не расчленённое целое, в котором проглядывает как её лицо, так и лицо её агента». Узнадзе. (Шерозия, там же, стр. 222). В этом сущность «нерасчленённого» существования психического и физического.

Здесь, мы хотим добавить несколько строк, поясняющих нашу позицию в проблеме Фрейд – Узнадзе. В соответствии со своим характером, нащупав слабые места в концепции Фрейда, Узнадзе действует непреклонно и решительно. Это был человек, не терпящий ничего неясного, не идущий ни на какие компромиссы, сметающий все преграды на пути к намеченной цели. «Если эта концепция бессознательного ошибочна, нечего тратить время на её анализ и на возню с ней», - так мы представляем себе образ мыслей Узнадзе, когда он разрабатывал свою концепцию. Это всего лишь наши фантазии, естественно, возникающие у человека непрестанно размышляющего над этими загадками в течение многих лет.
№111 «Отсюда соответствующая попытка Узнадзе предложить понятие «подпсихического» в качестве общеобъяснительного принципа человеческой психики. «Мы уже имели случай отметить, - заключает он, - что основная ошибка всех существующих теорий «бессознательного» - признание его психической природы. Этим взглядам мы противопоставляем понятие подпсихического и думаем, что именно эта подпсихическая сфера действительности и направит внимание психологов на поиски так называемого «бессознательного». Узнадзе. (Шерозия, там же, стр. 246).
Очевидно, судя по этим словам Узнадзе, наши выводы не лишены основания. Укажем ещё, что в этот период своих трудов Узнадзе употребляет термины, понятия «ситуация», «биосфера». (Здесь нужно соответствующее пояснение. Как уже знает читатель, в отличие от этих идей мы необычайно расширили понятие психического, подразумевя его существование с начала начал мироздания. Такое понимание пока что чуждо Узнадзе. Он думает, что на сознание воздействует какая-то подпсихическая сфера. Лишь при экспериментальных основах своей теории, он стал подходить к првильному пониманию бессознательной, но, тем не менее, психической силы мироздания. Однако, это лишь естественные зигзаги творческого пути. Ведь кардинальная идея глобальных психических процессов одна: соответствующим образом манипулировать сознательной сферой в своих непостижимых целях. Именно эту функцию берут на себя пониятия выработанные Узнадзе на своём беспримернм пути к постижению истины в этой самом трудной для решения, загадке мироздания; эти понятия - «подпсихическое», «ситуация», «биосфера», и, отчасти, «установка»).
13. Биосфера
№112 «Всякий раздражитель, - утверждает Узнадзе, - который действует на меня, непременно оказывает на меня какое-то влияние. Он вызывает во мне какие-то изменения. Но невозможно признат эти изменения - изменениями случайного характера. Они созданы не только мной, в них учавствует и внешный агент. Поэтому, это, конечно, раньше всего, моё состояние, но в каждом отдельном случае в нём проявляется сущность внешнего агента. Моё состояние, следовательно, является и тем своеобразным состоянием, в котором субъективное (я, моё состояние) и объективное (внешный агент) друг с другом сталкиваются, и друг в друга проникают, в котором различные аспекты субъективного и объективного стираются и представляются в каком-то нерасчленном виде». Узнадзе (Шерозия, там же, стр. 249). В соответствии со своим характером и образом мышления, Узнадзе, как всегда, ясно, чётко и просто излагает свои мысли. Как уже отмечалось, Узнадзе наметил направление своих исканий в сторону абсолютной и принципиальной бессознательности той сферы, которая противопоставляется понятию психической природы бессознательного, и целеустремлённо работает в этом направлении. №113 «Узнадзе писал, что наличие сознания в принципе вовсе – «не меняет природу взаимоотношения между живым существом и объективной действительностью: роль биосферы и здесь остаётся той же, что и в случае инстинкта. Всё это означает, что наши психические переживания возникают на почве биосферного расположения, что их смысл состоит в своеобразном пояснении живому организму его положения в биосфере, что они служат цели сознательного раскрытия данного положения в биосфере. Работу сознания, следовательно, регулирует биосферная диспозиция, определяющая всё его содержание. Так как вопрос касается отношения к сознанию, биосферу можно назвать и подпсихической». Узнадзе. (Шерозия, там же, стр. 257). (Вот и дальнейшее поступательное движение понятия бессознательного. Узнадзе выводит его за пределы черепной коробки и этим делает следующий шаг к раскрытию истинной природы глобальных психических процессов).
Идёт процесс определения статуса неведоой сферы, если так можно выразиться – к какому его измерению её отнести- к психическому к какому-то другому, неизвестному? Узнадзе пробует разные способы решить эту задачу: №114 «Если в основе целесообразности свободной реакции лежит только расположение объединённого в одно целое объективного у субъективного моментов, то выходит, что именно оно и есть принцип жизни. Поэтому, думаем, мы в полном праве признать, что в его лице мы имеем дело с до сих пор неведомой сферой действительности, которую можно назвать биосферой.
Всё то, что подразумевается под названием «ситуация», или объединенного в одно целое расположения, надо думать, есть вызванное в биосфере положение. Неудивительно поэтому, что задача разрешается прежде, чем живое существо осуществит её в виде разных действий. Неудивительно и то, что наглядное поведение живого существа происходит под руководством биосферы: наоборот, это должно считаться само собой разумеющимся; и поскольку наша гипотеза подтверждает именно эту мысль, это, без сомнения, является её преимуществом». Узнадзе. (Шерозия, там же, стр. 259-260). (Как читатель видит, эти мысли наиболее близки к идее бесчувственной атомной субстананции, которая командует сознательными актами человека. В этой субстанции принимаются все те решения, которые значительно позже реализуются в сознательной сфере. Разве не об этом говорит Узнадзе в этой цитате? Вот почему мы считаем учение Узнадзе самым гениальным в мире. К тому же, ещё раз обратите внимание на феномен времени и пространства в атомной субстанции. Этот феномен особенно выделяют и Фрейд и Узнадзе в своих трудах).
В связи с осмыслением этой цитаты с позиции наших дней, требуется понять, что Узнадзе совершил самый радикальный, самый революционный переворот в мировоззрении людей и не его вина, что в силу тогдашнего уровня мировой науки, он сам никак не мог осознать, оценить в полной мере воистину, гигантские, колоссалные масштабы своего открытия. Укажем также на логическую связь этой цитаты и последующей с №48, и не на такую прямую, но безусловную связь с работами сопряжённых с идеями вокруг коплекса восприятия и системой отражения, характеризирующих подпсихическую сферу, в №№ 24,25,26, 109.
№115 «Мы полагаем, -говорит Узнадзе, - что представленный в нашем сознании материал ощущений, в зависимости от природы объективной действительности, обозначенной в подпсихической сфере, сливается в совершенно определённый комплекс и поэтому всегда предстаёт перед нами в качестве восприятия объективного содержания. Разумеется, само восприятие, как комплекс ощущений, сохраняет психическую природу. Но оно имеет и объективное значение, поскольку, будучи переводом на «психический» язык объективного положения вещей, «запечатвлённого» в подпсихической сфере, подразумевает уловленной именно объективную реальность». Узнадзе. (Шерозия, там же, стр. 268). (Становится понятным корень противоречивости кардинальных пунктов учения Узнадзе. Противоречивость возникает из-за того, что, пока у Узнадзе нету разницы между понятиями - психика и сознание. Поэтому он опирается на поняте «подпсихического», и пытается доказать, что объективное положение вещей запечатлено в подпсихической сфере и осюда переводится на язык психики).
Читателю и без моего вмешательства ясно, с какими идеями совпадают эти мысли, или же с чем напрашивается аналогия и т. д. Сейчас мы увидим сходство в том, каким образом воспринимает Узнадзе поцессы сновидения из №66 и следующим: №116 «При этом автор выдвигает пока что всё ещё гипотетическое положение, что в основе как адекватных, так и иллюзорных восприятий лежит нечто вроде «контекстуального состояния» индивида как личностной особи, но не отдельные проявления его «моторной установки» в виде тех или иных переживаний. Он пишет: «В основе переживаний, подобных восприятию, всегда лежит контекст актуального состояния подпсихического. Однако это состояние иногда больше определено объективным раздражителем, а иногда субъективным. В первом случае в нашем сознании переживается законченное восприятие, во втором – возникают подобные восприятию переживания – галлюцинации, мечты и сновидения. Поэтому первые дают переживание, адекватное объективной реальности, а вторые – переживание, неадекватное реальности. Поэтому также все эти переживания характеризируются ясностью и интенсивностью чувственного восприятия; существование сознания не имело бы никакого смысла, если бы для ориентации в реальной действительности живому существу всегда достаточно было только руководство биосферного состояния». 1926 г. Узнадзе. (Шерозия, там же, стр. 276). Эти мысли послужили, по нашему мнению, фундаментом тех соображений, с которыми мы знакомились в главе «Узнадзе о сновидений». И, наконец, мы улавливаем основу будущих и главных трудов Узнадзе – («в итоговом положении биосферной психологии Узнадзе» - Шерозия). №117 «Оно касается «отражения» через «подпсихическую модификацию» индивида при актуальном воздействий на него «объекта» Как происходит «это отражение» ? – спрашивает он – и тут же отвечает: «Из понятия подпсихического само собой вытекает, что мы никогда не имеем дело с изолированным воздействием внешных раздражителей, что поэтому в биосфере всегда возникает целостное состояние, которое можно представить себе в виде какого-то контекста или же в виде установки. Всякое внешнее воздействие – каким бы слабым и колеблющимся оно не было – находит достаточно наглядное отражение в биосферном положении, если оно соответствует его контексту или его установке». Узнадзе. (Шерозия, там же, стр. 276-277).
Мы видим начальную стадию модификации взглядов Узнадзе в поисках оптимального варианта решения проблемы определения статуса того феномена, названного «принципом жизни», и где не действуют никакие законы мышления или же философские понятия, или положения о том, что («пространство и время являются необходимыми формами наших психических актов»). Фрейд.
14. Намётки установки
Учитывая специфику работы, у нас определённая дисгармония в подаче и усвоении информаций. Последовательность полученной информации нам представляется таким образом: 1. Ранние работы Узнадзе. 2. Понятие подпсихического. 3. Биосфера. 4. Узнадзе о сновидении.
На логическую связь этих идей мы старались указать. Сейчас наша работа постепенно переходит в фазу узкой, конкретной стадии психических экспериментов Узнадзе. Для продолжения нашей работы, неплохо бы восстановить в памяти №№ 16, 17 и как продолжение эти идей: №118 «Тут весьма кстати отметиь, что с самого начала своего формирования общая теория установки Узнадзе за исходную позицию рассмотрения психики, как предмета психологии, принимает положение о «неведомой нам подпсихической сфере» действительности, в дальнейшем названной «установкой», как о «специальной призме», через которую осуществляется воздействие не только физического на психическое, объективного («объекта») на субъективное («субъекта»), но и психического на психическое, как внутри «малого круга» сознания, так и внутри «большого круга» всякой психики и сознательной и бессознательной». Шерозя. (Там же, стр. 162). Мы познакомились с основным положением психологии установки в интерпретации Шерозия; к этому основному положению необходимо добавить, что оно исходит из целостно-личностного состояния индивида (см. №103). №119 « Этот субъект как целое, пишет он, является не просто «суммой психики и тела, психического и физиологического, их соединением, так сказать, психофизическим существом, а независимой своеобразной реальностью, имеющей своё специфическое качество и свои специфические закономерности. И когда на субъект воздействует действительность, он как целое, отвечает на это воздействие как своеобразная специфическая реальность, которая предшествует частному психическому и физиологическому и не сводима к ним». Узнадзе. (Шерозия, там же, 166).
(Такого рода идеи привели Узнадзе к самому гениальному, самому существенному пункту его теории, а именно: к понятию модуса личности в психике человека. От понятия «модус личности» - один шаг к понятию атомной субстанции в психике человека).
Мы услышали ответ на предпологаемый вопрос – «как должно мыслить природу того субъекта, о котором здесь идёт речь»? – Шерозия). В поисках , а затем, в раздумъях над загадками наметившегося объекта познания, Узнадзе подходил к этой мысли в ранних работах в виде неоформившейся идеи в №103, но затем более конкретно: №120 «Существует ряд доказательств, заставляющих нас думать, что в процессе взаимоотношения с действительностью, в первую очередь, субъект изменятся как целое и что целостное изменение является своеобразным, специфическим процессом, который не зависит от особенностей психического и моторного, а, наоборот, сам определяет их. Узнадзе. (Шерозия, там же, стр. 167). Эта мысль, в своей связью с предыдущей прекрасно показывает, в каком направлении акцентирует своё внимание Узнадзе в поисках понятия адекватного «подпсихическому». Тогда, исходя от этих мыслей, давайте, ещё раз обсудим проблему Фрейд – Узнадзе.
Теперь, не покажется ли нам всё то, о чём говорилось об этой проблеме в каком-то другом ракурсе? Я хочу сказать, может быть полно глубокого смысла то обстоятельство, что такой необыкновенный человек как Фрейд и такой необыкновенный человек как Узнадзе, разными путями шли к разгадке тайн неведомой сферы.
Но, продолжим нашу работу. Итак, мы наблюдаем ситуацию оформления новых идей в связи с понятием целостно-личностного состояния индивида, которое изменяется в целом в процессе взаимоотношения с внешней средой и всё это происходит в неведомой сфере, представленной нам под понятием «установка»; это состояние носит «хронический характер» - по определению Шерозия и никогда не поддаётся локализации. №121 «Без участия установки, как отмечает Узнадзе, никаких психических процессов не существует, так как для того, чтобы сознание начало работать в каком-нибудь определённом направлени, предварительно необходимо наличие установки, которая в каждом отдельном случае и определяет это направление. Стало быть, от установки зависит не только возникновение, но и реализация сознания: будучи внутренним импульсом и необходимым фактором возникновения сознания, установка лежит в основе практической (и теотической) активности человека». Шерозия. (Там же, стр. 171).
Тернисть путь учёного-исследователя психики! Совершив невозможное, открыв миру «принцип жизни», Узнадзе сталкивается с труднопреодолимой проблемой; она заключается в основном в специфике открытия – нерасчленнёнго существования психического и физического; в этом оно резко противопоставляется другому понятию бессознательного, разработанному Фрейдом.
Узнадзе проходит руднейший путь, пытаясь решить невероятно сложную задачу – понять, что же это такое, неведомая сфера? И вот мы видим, как он подошёл к очередному, и как оказалось, к окончательному варианту – к понятию установки, у которой сразу же появились свои проблемы, коротко говоря, сопряжённые с понятиями «фиксированной» и «унитарной установки. №122 «Мы всегда всегда должны помнить, что первично установка не является состоянием субъекта, которое выработалось у него в других условиях и с тех пор, при переживании любого нового события, всегда сопровождает и определяет его. Нет! Каждая новая ситуация, которая воздействует на субъекта, имеющего определённую потребность, в первую очередь создаёт у него установку, и всё остальное, что отныне призойдёт в субъекте – его переживание или поведение – будет возникать на основе этой установки. Первично субъект подступает к действительности не с готовой установкой. Нет, установка возникает у него в самом процессе воздействия этой действительности и даёт ему возможность переживать и осуществлят поведение соответственно ей». Узнадзе. (Шерозия, там же, стр. 171). Сразу же отметим появление одного из основных терминов в теории установки, про которую выше мы слегка упоминали в №№88 -89 (потребности организма при ситуации её удовлетворения, играющих ключевую роль в зарождении установки). Но тут у нас возникают кое-какие сомнения. Вспомним №86, припомним также о только что приобретённой информации в изложении Шерозия о «хроническом характере установки, не поддающейся локализации» и сравним с последней цитатой. Явно что-то не сходится. Очевидно, к этой установке больше подходит понятие фиксированной, нежели унитарной. Возникает вопрос – уж не увлёкся ли чересчур Узнадзе доминацией связки Потребность – Ситуация, в ущерб понятию унитарной установки из №86? Чтобы лучше разобраться в этом кардинальном вопросе и, кстати, напоминая читателю коментарий к №№86, 87 продолжим тему в следующих высказываниях: №123 «Тем не менее, согласно Узнадзе, установка – это нечто подобное «внутреннему двигателю» человеческой психики черпающему основной запас энергии из внешнего мира». Шерозия. (Там же, стр. 192). (Читатель помнит наше предположение о том, что психическая энергия поступает в виде психоядерных рекции из глубин атомной субстанции). Мне эта цитата напоминает примеры блестящих вдохновений, импровизацию Фрейда; для меня лично крайне интересно наблюдать и сравнивать остроумные зигззаги Фрейда, связанные с постижением «непостижимого», и железную логику Узнадзе в исследований «неведомой» сферы. К примеру: №124 «Проводя мысль об установке как специфической «системе отражения», Узнадзе имеет ввиду, что «это не такое отражение, которое даёт психика живого существа или его моторика. Психическое отражение действительности есть, так сказать его созерцательное, контемплятивное отражение. Однако действительность может быть отражена также не контемплятивно: ....
...Это – своеобразная специфическая форма отражения, какое-то целостное отражение на основе которого, смотря по условиям, может возникнуть либо созерцательное, либо действенное отражение. Оно состоит в такой предуготовленности, такой настройке целостного субъекта, чтобы в нём проявились именно те психические или моторные акты, которые обеспечивают созерцательное или действенное отражение ситуации. Оно, так сказать установочное отражение, соответствующее определённой ситуации, первичная модификация целостного субъекта». Узнадзе. (Шерозия, там же, стр. 195). Вместе с Узнадзе, мы начинаем пожинать плоды его титанической деятельности, осознавая те новые понятия, которые мы недавно усвоили, а что это понимание нелёгкое дело, указывает следующая цитата Узнадзе обращённая к определённому кругу оппонентов: №125 «...не могут понять, что «установка является соответствующей объективному положению вещей модификацией живого существа, отражением в нём как целом, объективного положения вещей. Для понятия же установки именно это и имеет существенное значение, и без этого указанное понятие не имело бы никакой принципиальной ценности в психологии». Узнадзе. (Шерозия, там же, стр. 195). Это определение, по нашему мнению, подходит к понятию унитарной нефиксированной установки и, по смыслу, смыкается с предыдущей цитатой и не совсем, по смыслу, подходит К №122, и опять-таки это наше предположение. Анализ Шерозия путаницы между понятиями фиксированной и унитарной установки занимает почётное место в его книге. Так как сопоставление и противопоставление идей Фрейда и Узнадзе занимает ведущее место в нашей работе, то выскажу предположение, что путаница в этом вопросе схожа с путаницей о «двоякого рода бессознательного, из №38; здесь же у нас двоякого рода установки! Яркий пример того, что оба исследователя имеют схожего рода проблемы в одной и той же непостижимой сфере!
А вот пример импровизации Фрейда: «№126 «Это тёмная, недоступная часть нашей личности, то немногое, что вам о ней известно, мы узнали, изучая работу сновидения и образования невротических симтомов и большинство этих сведений носят негативный характер, допуская описание только в качестве противоположностей Я. Мы приближаемся к пониманию Оно при помощи сравнения, называя его хаосом, котлом, полным бурлящих возбуждений. Мы представляем себе, что у своего предела оно открыто соматическому, вбирая отуда в себя инстиктивные потребности, которые находят в нём своё психическое выражение, но мы не можем сказать, в каком субстрате. Благодаря влечениям Оно наполняется энергией, но не имеет организации, не обнаруживает общей воли, а только стремление удовлетворить инстиктивные потребности при сохранении принципа удовольствия». Фрейд. («Введение в психоанализ – Лекции», стр. 345). Укажем, что продолжение этих мыслей в №№80, 81, 82. Если мы проведём соответствующую обработку словесного оформления, то обнаружим сходство идей с №123. Неведомая сфера, черпающая энергию... (Вечная во времени и пространстве атомная субстанция под нашей общечеловеческой черепной коробкой, где идут психоядерные реакции вырабатывающие психическую энергию, необходимую для гигантской работы бесчувственных мозговых структур).
15. Экспериментальные основы идей Узнадзе
Шерозия приводит в своей книге факты конкретной, будничной упорной деятельности Узнадзе и его последователей, принявшей форму какой-то узкой специализации, если можно применить такой термин в отношении неведомой сферы. Самой сильной стороной учения Узнадзе является то обстоятельство, что в завершающей стадии творческой жизни автора «принципа жизни», все выводы прдставленные в сухой, безэмоциональной форме, обоснованы на точных экспериментальных данных по выявлению, изучению, наблюдению над зарождением, фиксацией разных типов установок.
№127 «Отсюда и обобщающее положение автора о том, что »в результате предварительных опытов в испытуемом создаётся некоторое специфическое состояние, которое не поддаётся характеристике как какое-нибудь из явлений сознания» и это не только во время гипнотического сна, но и вообще. «Особенностью этого состояния является, то что оно предваряет собой появление определённых фактов сознания или предшествует им. Мы могли бы сказать, что это состояние, не будучи сознательным, всё же представляет собой своеобразную тенденцию к определённым содержаниям сознания». Узнадзе. (Шерозия, там же, стр. 341). Эта цитата продолжение №11. (Всё же, в результате упорной экспериментальной работы Узнадзе постепенно начинает признавать психическую природу тех глобальных процессов, которые идут под нащей черепной коробкой, и которые окзывают решающее воздействие на наши сознательные акты!).
Одно из важнейших особенностей этих таинственных процессов, что они имеют один и тот же источник, единую сущность: №128 «Исходя из этого, Узнадзе приходит к общему выводу, что «все эти опыти не оставляют сомнения в факте наличия иррадиирования установок из одной чувственной области в другую. Получается впечатление, что расмотренные здесь чувственные модальности, которые в истории становления вида дифференцировались в достаточно определённой степени, в основном всё же не утеряли своего единства: они и сейчас являются органами единого целого, который пользуется ими как своими служебными орудиями, при разрешений задач, возникающих перед ним». Узнадзе. (Шерозия, там же, стр. 341). (Одно из самых замечательных высказывании Узнадзе, которое необычайно точно показывает единую, всеобъемлющуюся сущность нашей атомно-психической натуры!). Вспомним цитаты из №№46 и 116 и комментарий к ним. Ещё раз выражу мнение, что только Фрейд и Узнадзе наиболее близко соприкасались с величайшей тайной психики! Однако даже им приходится трудновато, даже у них возникают такие вопросы, на которых пока нет ответа. №129 «Впрочем, попытки вызова первичной модификации «состояния установки» и получения непосредственных знаний о нём в научных лабораториях вполне уместны и своевременны, тем более, что, говоря словами самого Узнадзе, до сих пор мы действительно «не знаем, как впервые зарождается установка. Пока мы не знаем и того, как можно вызвать и формирование такой установки, не владеем методом изучения этого вопроса». 1941 г. Узнадзе. (Шерозия, там же, стр. 353). В результате неустанных поисков определения статуса неведомой сферы, Узнадзе проходит труднейший путь. От общей, абстрактной, неопределённой формы своих поисков он постепенно переходит к узкой специализации, к экспериментальным основам своих идей. Эти опыты в основном всё же связаны с фиксацией установки, а вот то, что в первую очередь нас интересует, т. е., то, что понимается как унитарная установка, очень трудно поддаётся лабораторным наблюдениям. Между прочим, касаясь этого вопроса, Шерозия приводит результаты опытов по выявлению установки в её первичной нефиксированной модификации. Выводы этих экспериментов нас интересуют прежде всего, в связи с выдвижением на первый план в процессе зарождения установки - «самого важного и тёмного элемента» - Влечений – Потребностей. Опыты проводил один из коллег Узнадзе – Ш. Н. Чхартишвили.
№130 «И действительно, введение нового метода экспериментальных исследований эффекта установки, основанного на соответствующих вариациях потребностей, открывает широкие возможности, как в смысле констатаций информации идущих непосредственно от этого эффекта, так и в смысле проверки всего знания, добытого о нём посредством классического метода «фиксированной установки» при соответствующих вариациях ситуации – объективного фактора установки.
Кстати, метод, о котором здесь идёт речь, вряд ли можно отнести к числу возможных вариантов классического метода «фиксированной установки». Это главное, что мы должны сказать, прежде чем изложить результаты специальных опытов автора по этому методу». Шерозия. (Там же, стр. 359). А сейчас послушаем автора этих опытов: №131 «Обобщая эти результаты, наш экспериментатор приходит к выводу, что «такое количество иллюзорных восприятий и движений их в направлении выигриша указывает на действие первичной установки, определяемой преимущественно характером потребности... Потребность, в определённых условиях ассимилирует ситуацию сходную с действительностью, соответствующей её собственной природе, и вместе с ней ложится в основу установки, вследствие чего объективное положение вещей отражено в этой установке неадекватно – в изменённом сообразно потребности виде. Основой иллюзии в наших опытах, по-видимому, является именно такая установка». Чхартишвили. (Шерозия, там же, стр. 361). Эти исследования не оставляют сомнения в том, что влечения-потребности организма – активная, доминирующая сторона принципа жизни. В подтверждение к сказанному, мы услышим то, что нас прежде всего интересует, лишь подчекнём, что хотение – это и есть («желание, способное побуждать к деятельности наш психический аппарат» - Фрейд).
№132 «Поэтому, естественно, напрашивается вывод: во-первых, что результаты данных опытов пригодны в качестве эмпирически верифицируемых аргументов в пользу целостно-личностной модификации установки, ибо в этих опытах «на первый выдвинута определённая форма потребности – хотение. Последнее играет роль переменной, которая в определённых условиях должна выявить, т. е. сделать заметным действие установки. Хотение – глубоко личное явление и поэтому ясно, - этот признак будет чётко представлен и в возникшей на почве его установке, что даёт нам возможность рассматривать установку, в первую очередь как личностное явление». Чхартишвили. (Шерозия, там же, стр. 362). Запомним этот фундаментальный вывод, возникший как итог вышеприведённых опытов; он поможет правильному осмыслению многих загадок и противоречий учения Узнадзе.
Какие выводы можно сделать после определённого этапа нашей работы? Мы попытались показать, в какой плоскости развивалось понимание главной проблемы – проблемы адекватного осознания феномена бессознательного в концепциях Фрейда иУзнадзе. Мы проследили, по мере сил, путь Узнадзе, стараясь уловить момент истины в разных модификациях его решения проблемы, и пришли уже к твёрдо определившиейся позиции учения, к её экспериментальным основам. Все наши попытки имели точку опоры в личности Шерозия, который несколько позже, выходит на авансцену нашего исследования, - как философ, обобщающий итоги грандиозной деятельности Узнадзе с точки зрения философии. Шерозия ставит эту проблему – проблему установки, на центральное место в системе наук о человеке, в принципе, отводя понятию установки доминирующую роль в мировой науке. Вот перечень охвата круга идей, входящих в сферу установки: №133 «таким образом, чрезвычайно своеобразным выглядит тот круг вопросов, который в связи с проблемой бессознательного психического, теория установки в данной итерпретации привела в соответствие с новой ориентацией современной науки, и само понятие установки совершенно естественно послужило одним из объяснительных понятий психического измерения действительности в аспекте целой системы наук о человеке. Из них достаточно указать на следующие вопросы: установка как «элементарная частица» и «принцип связи»; установка как «модус личности» и «основа объективации», установка как «фактор» интуитивного познания; установка и внутренее единство синтетической активности сознания; творчество как предемат научной рефлексии; установка и значение; к вопросу о «внутренней форме» языка; установка и проблема модели «человека – системы» и др». Шерозия. (Там же, стр. 372). Вспомним №31 и тогда, в нашем воображении (один-единственный узкий и шаткий мост к непостижимому» - Фрейд) служит фундаментом, корнем, основанием для более глубокого понимания все ещё неведомой сферы.
А пока, мы временно расстаёмся с Шерозия и переходим к основному и обобщающему труду Узнадзе, надеясь найти ответ на вопрос – почему же психология установки не заняла центральное место в мировой науке?
16. Активация установки
№39 напомнит нам позицию Узнадзе в понимании бессознательного, №№9, 10, 11, 12, 13 идеи Узнадзе о первичных формах развития психики, а №№88 и 89 сопоставление понятий Влечения – Потребности. В своей последней опубликованной работе Узнадзе преподносит в сжатом, концентрированном виде чёткие формулы основных выводов многолетних исследований. Понятие активации установки дополняет его понимание деятельности «принципа жизни». (Когда мы говорим о принципе жизни, мы, конечно, имеем в виду работу элементарных частиц материи по созданию психической структуры атома. Эта психическая работа началась сразу же после Большого взрыва и привела мироздание к нынешнему состоянию). №134 «Если признать, что живое существо обладает способностью реагировать в соответствующих условиях активациею установки, если считать, что именно в ней – в этой установке – мы находим новую сферу своеобразного отражения действительности, о чём мы будем говорить подробнее ниже, то тогда станет понятным, чт именно в этом направлении и следует искать ключ к пониманию действительного отношения живого существа к условиям среды, в которой ему приходится строить свою жизнь». Узнадзе. («Экспериментальные основы психологии установки», стр. 29). На вопрос: как же понимать состояние этой сферы? №135 «Она должна представлять собой скорее некоторое общее состояние, которое касается не отдельных каких-нибудь органов субъекта, а деятельности его как целого». Узнадзе. (Там же, стр. 39) – даётся вот такой ответ, который в следующей цитате приобретает законченную форму: №136 «Мы нашли, что это – установка, проявляющаяся фактически у всякого живого существа в процессе его взаимоотношений с действительностью. Мы видели из наших опытов, что она действительно существует актуально, не принимая форму содержания сознания: она сама протекает вне сознания, но тем не менее, оказывает решительное влияние на все содержание психической жизни.
Таким образом, мы находим, что учение о бессознательном базируется лишь отчасти на правильном представлении о психической жизни. Оно подчеркивает, по праву, что сознательные процессы далеко еще не исчерпывают всего содержания психики, и что поэтому возникает необходимость признания процессов протекающих вне сознания. Мы видим, что понятие установки, как оно оформилось в результате наших гипнотических опытов, прекрасно подходит под его определение.
В таком случае возникает мысль, что, быть может, без участия установки вообще никаких психических процессов, как сознательных явлений, не существует, что для того, чтобы сознание начало работать в каком-нибудь определенном направлении, предварительно необходимо, чтобы налицо была активность установки, которая собственно, в каждом отдельном случае и определяет это направление». Узнадзе. (Там же, стр. 41). В этом весь Узнадзе! Сухо, буднично, без эффектной фразеологии или сенсационности, отказавшись от понятия «биосфера», не манипулируя вопросом «принципа жизни», а оперируя экспериментальными данными, излагает он свою концепцию. №137 «Мы видим, что у человека имеется целая сфера активности, которая предшествует его обычной сознательной психической деятельности и изучение этой сферы представляет, несомненно, большой научный интерес, так как без специального её анализа было бы безнадёжно пытаться адекватно понять психологию человека» Узнадзе. (Там же, стр. 83). Пророческие слова! Узнадзе предвидит будущие исследования, которые приоткроют завесу таинственности вокруг загадочной неведомой сферы.
17. Потребность, среда, поведение, сознание
Мы вступаем в полосу неопределённости, неясности, туманности и разных интерпретаций этих естественных трудностей в самой загадочной сфере человеческой активности. Вскольз об этом было упомянуто в связи с №122 и нашими предплолжениями об источнике этих трудностей. Но, прежде всего, не помешало бы восстановить в памяти идеи Узнадзе в связи с эволюцией психического аппарата и его понимание термина «Потребность», в №№9-13, 86,88,89, а также мысли из №125. Сейчас, идеи из предшествующих работ Узнадзе. Из анализа Шерозия мы узнаём, что: №138 «Итак, следует считать установленным, что имманентная потребность индивида – эта первая действительность, с которой мы сталкиваемся в целостной структуре эффекта установки. От характера и тенденций потребности во многом зависит то или иное поведение данного индивида, а следовательно и целостное личностное состояние его установки, лежащей в основе всякого поведения и управляющей им. В общем, потребность эта всегда включает в себя «стимул», побуждающий индивида к той или иной определённой деятельности: «Среда сама по себе не даёт субъекту никакого стимула действия, если он совершенно лишён потребности, удовлетворение которой стало бы возможным в условиях этой среды. Среда превращается в ситуацию того или иного нашего действия лишь сообразно тому, какой мы обладаем потребностью, устанавливая с ней взаимоотношения». Узнадзе. (Шерозия, 2-й том, стр. 327).
Итак, из идей предшествующего периода работ Узнадзе, мы в чистом виде наблюдаем доминацю Влечения-Потребности в зарождении унитарной установкти, в соответстви с№№86 и 132. Влечения-Потребности – активная сторона нерасчлененного существования психического и физического, достигающего путём насилия над ситуацией или средой удовлетворения этих Влечении-Потребностей.
В свете изложенного, сравним эти идеи со следующим: №139 «Основное положение таково:возникновению сознательных психических процессов предшествует состояние, которое ни в какой степени нельзя считать не психическим, только физиологическим состоянием. Это состояние мы называем установкой – готовностью к определённой актвности, возникновение которой зависит от следующих условий: от потребности, актуально действующей в данном организме и от объективной ситуации удовлетворения этой потребности. Это – два необходимых и вполне достаточных условий для возникновения установки – вне потребности и объективной ситуации её удовлетворения никакая установка не может актуализироваться, и нет случая , чтобы для возникновения какой-нибудь установки было бы необходимо дополнительно ещё, какое-нибудь новое условие. Узнадзе. («Экспериментальные основы теории психологии установки», стр. 82). Всё же нас не покидает сомнение, что Узнадзе увлечён опытами по выявлению фиксированной установки, иначе трудно понять и осмыслить противоречия по сравнению с его ранними высказывниями. (В результате психических экспериментов, Узнадзе отказался от мысли непсихического состояния неведомой сферы – это главный итог его психических экспериментов).
№140 «Эффект этот может представлят собой лишь некоторое, целостное, субъектное (не субъективное) отражение действительности, как ситуация удовлетворения данной потребности, - отражение, которое должно быть трактуемо как предпосылка и руководство во всей развёртывающеся в дальнйшем деятельности субъекта, как установка, направляющая данное поведение в русле отражения окружающей действительности.
Если принять, как основу, это положение, то станет поняным, что всё поведение, как бы и где бы оно не возникало, определяется воздействием окружающей действительности не непосредственно, а прежде всего опосредовано – через целостное отражение этой последней в субъекте деятельности, т. е. через его установку. Отдельные акты поведения, в частности, вся психическая деятельность, представляет собой явления вторичного происхождения». Узнадзе. (Там же, стр. 200). (Как будто, Узнадзе говорит о психических процессах в атомно-неорганической сфере!). Если сравнить эти идеи с №127, в голову приходит мысль, что в №127 мы имеем дело с установкой почти соприкасающейся со сферой сознания, тогда как тут мы наблюдаем картину соответствующей образу унитарной установки, т. е., быть может, соображения насчёт двоякого рода установок не лишены основания.
Уместно ещё напомнить читателю, что в конце цитаты мы наблюдаем картину взаимодействия двух сил, систем в душевном аппарате человека – опять знакомая картина!
Пришла пора знакомства с идеями Узнадзе, касающихся сознательной сферы. Сперва цитата из предыдущего периода рабт: №141 «А это значит, что само понятие установки полностью объясняет нам механизм внутреннего единства синтетической активности сознания: «Сознание, - говорит Узнадзе, - не предмет, чтобы оно проявлялось в раз и навсегда выточенном, неизменном виде. Оно – больше процесс, который в каждом отдельном случае проходит несколько ступеней развития. Его истоки, мы, конечно, должны искать в первичном отражении действительности, в т. н. установке: всякое сознание опирается на неё и исходит от неё». Узнадзе. (Шерозия, 2-й том, стр. 420). ( Аналогия между этими гениальными мыслями и нашей работой – «Рабочий механизм синтезированного мышления» - прямо таки напрашивается).
В своей последней работе, Узнадзе последовательно развивает идеи возникновения и функционирования сферы сознания, вопросы вербального воздействия на установку: №142 «Таким образом выясняется, что у человека появляется вторая, более высокая форма установки, которая характеризируется, прежде всего, тем, что помимо потребностей, стимулирующей его деятельность, она предпологает наличие ситуации, определяемой в категориях мышления, а не восприятия, как это бывает в случаях действующей в актуальном плане установки.
Получается такое положение: у человека вырабатывается способность действовать в каком-то новом плане, в плане вторично отражённой действительности и, таким образом, открыть в себе возможность не только непосредственного, прямого ответа на действующие на него раздражения, что в той или иной доступно и животному, но и опосредованных видов реакций на развёртывающуюся перед его глазами широкую картину действительности». Узнадзе. (Там же, стр. 160). Итак, плучаетя, что неведомая сфера, где не действуют никакие законы логики, мышления, где время и пространство теряют все те представления, с которыми они ассоциируются...? Ясно, что это не то, о чём говорится в цитате. Разумеется, больше соответствует тайнам, загадкам неведомой сферы предыдущее высказывание. Если сравнить идеи Узнадзе 1910 г., с некоторыми идеями из его последних работ, то создаётся впечатление, что мы имеем дело с разными авторами. Мы вскольз приводили свои предположения об этом, но более детально со своими соображениями мы поделимся с читателями ниже.
Понятие объективации занимает видное место в концепции Узнадзе завершающего периода его работ. Основной смысл объективации, это повторное переживание ситуации, её анализ и на основе новой информации – соответствующее поведение. В сущности, этим и отличается человек от других существ: №143 «Так реализуется в нашем случае установка, построенная на основе объектированного содержания – так возникает и осуществляется логическое мышление человека». Узнадзе. (Там же, стр. 118). Кульминация этих идей, показывающая освобождение человека от зависимости природы в №144 «Это даёт нам возможность утверждать, что способность объективации освобождает человека от прямой зависимости природных установок и открывает ему путь к независимой объективной деятельности. Она даёт ему силу самостоятельного, объективно обоснованного воздействия на обстоятельства и управления ими; она освобождает человека от прямой, безусловной зависимости от природы и помогает ему стать независимой от неё силой, способной управлять ею». Узнадзе. (Там же, стр. 126). Объективация – специфически человеческая способность, и на базе объективации у человека вырабатывается неисчислимое множество фиксированных установок; это обстоятельство является основой всей воспитательной, научной, культурной, педагогической и прочей деятельности – наша вольная интерпретация идей Узнадзе об объективации.
№145 «Изданная на грузинском языке в 1949 г. монография Дмитрия Николаевича Узнадзе (1886 – 1950) «Экспериментальные основы психологии установки» автором первоначально была написана на русском языке. Полностью этот вариант монографии впервые публикуется в данном издании. Вместе с монографией печатается работа Д. Н. Узнадзе «Основные положения теории установки» (также написанная на русском языке) до сих пор оставшаяся неопубликованной. Смерть прервала работу автора над окончательной подготовкой этих трудов к печати». Редактор. (Там же, стр. 205).
18. «Основные положения теории установки»
Приводим ещё некоторые идеи из его последней работы: №146 «Однако не представляет сомнения, что в активные отношения с действительностью вступает непосредственно сам субъект, но не отдельные акты его психической деятельности и, если принять в качестве исходного положения этот несомненный факт, тогда бесспорно, что психология как наука, должна исходить не из понятия отдельных психических процессов, а из понятия самого субъекта, как целого, который вступая во взаимоотношения с действительностю, становится принужденным прибегнуть к помощи отдельных психических процессов. Конечно, первичным в данном случае является сам субъект, а его психическая активность представляет собой нечто производное». Узнадзе. (Там же, стр. 166). Перед лицом смерти Узнадзе последный раз формулирует свои выводы. Обращаясь очередной раз к вопросу о первичных формах жизнедеятельности, Узнадзе ещё раз чётко определяет свою позицию, обоснованную на том, что психические функции могли выработаться лишь в результате длительного эволюционного пути: №147 «Мы должны принять, что в случаях наличия какой-нибудь потребности и сутуации её удовлетворения в субъекте возникает специфическое состояние, которое можно характеризировать, как готовность, как установку его к совершенно определённой деятельности, направленной на удовлетворение его актуальной потребности». Узнадзе. (Там же, стр. 170).
Это состояние характеризирует поведение живого организма с тех пор, как «некогда совершенно неизвестными силами пробуждены были в неодушевлённой материи свойства живого». Фрейд. А вот комментарий Узнадзе: №148 «В таком случае будет вполне обоснованно, если утверждать, что поведение возникает гораздо раньше появления у нас сознательных функции, что наличие психических основ поведения должно и может быть всюду, где мы имеем дело с живым организмом на всех ступенях его развития. Следовательно, перед нами совершенно естественно встаёт вопрос о развитии психологических основ поведения, о последовательности сменяющихся ступеней движения его вперёд и выше, - перед психологией ставится вопрос об установке». Узнадзе. (Там же, стр. 170). Нетрудно понять, что эта цитата имеет непосредственную связь с вышеприводимым материалом из цикла предыдущих высказывании Узнадзе. №№12 и 13 являются по смыслу продолжением последней цитаты, но между ними два следующих высказывания:№149 «Установка является модусом субъекта в каждый данный момент его деятельности, целостным состоянием, принципиально отличающимся от всех его дифференцированных психических сил и возможностей». Узнадзе. (Там же, стр. 171). (Достаточно только этой отдельно взятой цитаты, чтобы признать Узнадзе одним из величайших гениев в истории человечества, ибо он, наряду с Фрейдом, впервые ясно показал существование атомно-неорганической субстанции под нашей черепной коробкой!). Если сравнить по смыслу эту цитату с №142, то поневоле подумаешь, что, видимо, не следует подводит под общий знаменатель то, что подразумевается понятием- неведомая сфера. Но не таков Узнадзе! Он не терпит никаких неясностей и, в соответствии со своим характером, бескомпромиссно, решительно , подводит итоги своих трудов, чётко формулируя свои выводы.
№150 «Если основная психологическая сущность субъекта открывается нам в каждом отдельном случае его активности в определённых модификациях его установки, то это значит, что основная определяющая проблема его психологии – это проблема установки». Узнадзе. (там же, стр. 171). Мы услышали то, чему посвятил свой тапант, свою жизнь Узнадзе. Принцип жизни – в определённых модификациях его «неведомой сферы!». Такова наша вольная интерпретация итоговых идей Узнадзе. Следующая цитата подводит итог учения о поведении биологического органима в окружающей среде: №151 «Таким образом, основное положение учения о поведении сводится к следующему: для того, чтобы возник какой-нибудь факт поведения, необходимо допустить, что живое существо, обладающее способностью примитивного восприятия и имеющее какую-нибудь из активировавшихся поребностей, могущих быть удовлетворённым при данных условиях среды, вступает в отношения с этой последней на базе возникшего у него целостного состояния установки, ведущей его к целесообразным актам деятельности». Узнадзе. (Там же, стр. 174).
В своё время ми высказали предположение, что в результате многолетних опытов, связанных в основном с фиксацией этого целостного сомтояния личности, Узнадзе в своих выводах делал упор именно на эту фиксированную установку. Однако, вместе с этим предположением, надо отмечать и другие формы определения установки. Сейчас мы увидим различие между разного вида фиксированных установок, или же можно сказать по другому - определённые модификации установок: №152 «Мы убедились выше, что кроме обычных психических актов, кроме отдельных психических переживании, следует допустить, несомнено, и наличие того или иного модуса состояния субъекта этих переживаний, той или иной установки его, как личности. Само собой разумеется, что целостное состояние не отражается в сознании субъекта в виде его отдельных самостоятельных переживаний, - оно играет свою роль, определяя работу субъекта в направлении активности, приводящей его к удовлетворению своих потребностей. Оно, это состояние субъекта как целого, не может переживаться им в виде ряда отдельных содержаний характеризирующих ситуацию, в которой протекает его активность.
Установка не может быть отдельным актом сознания субъекта, она лишь модус его состояния как целого. Поэтому совершенно естественно считать, что, если что у нас протекает действительно бессознательно, так это, в первую очередь, конечно, наша установка.
Итак, мы видим, что бессознательное действительно существует у нас, но это бессознательное ни что иное, как установка субъекта. Узнадзе. (Там же, стр. 178). Ну, это камушек в огород Фрейда! Особо отметим, взаимодействие, двух сил, систем в душевном аппарате человека. В очередной раз Узнадзе вводит в наши умы итоговые формулы своей беспримерной деятельности в области тайн мозгового вещества. (Конечно, следует ещё особо отметить введение в психологическую науку нового термина – понятия модуса личности, которое наиболее близко к понятию бесчувственной атомной субстанции в нашей теории).
Как известно, в своих опытах Узнадзе и его ученики изучали особенности неведомой сферы у животных. Касаясь, например, проблемы инстикта - к понятию которой почти всегда прибегают те учёные, которые оказываются перед совершенно непонятными для них фактами – Узнадзе решает эту проблему с точки зрения найденного им «принципа жизни»: №153 « Это значит, что всякая деятельность животного, протекающая на базе той или иной установки, имеет по существу целесообразный характер. Акты поведения животного, с этой точки зрения, не отличаются друг от друга – все они внутренне детерминированные, целеустремленные акты». Узнадзе. (Там же, стр. 186). И завершает эти мысли: №154 «Таким образом, мы видим, что специальной проблемы инстинкта не существует и что вся деятельность животного, независимо от сложности её состава, регулируется в основном еа базе его установок, выражающих отношение объективно данных условий ситуации, к потребности, которую они признаны удовлетворить». Узнадзе. (Там же, стр. 187). Интересно, в связи с этой цитатой восстановить в памяти №59. Вот это и есть истинное в научном смысле, правильно понятое значение словосочетания – преемственность идей!
Узнадзе заканчивает свою последнюю работу анализом специфики понятия установки у человека и завершает свой путь – путь великого гения, который в юности наметил объект познания, в последующие годы открыл «принцип жизни», понятие объективации, и, главное, понятие «модуса личности», и на основе этих фундаметалных понятий, сформулировал своё понимание психологии человека.
№155 «Таким образом, мы видим, что состояние личности, а не отдельные её силы и способности определяют поведение человека. В специфических условиях его деятельности, прежде всего, деятельности имеющей социальный характер, появляется фундаментальная способность человека, - способность остановки, прекращение деятельности, способность задержки и – далее её повторения, - появляется способность объективации и на её основе – способность воспризнания тождества, а затем и способность речи. На базе этих перемен развивается далее мышление человека, которое, пользуясь соответственно модифицированными на основе объективации – вниманием, наблюдением и представлением, определяет установку, на почве которой субъект, руководствуясь своим волевым усилием, осуществляетдолжную, признанную им целесообразной деятельность.
Так мы видим, что психология человека строится на принципе активности его, как целого, - на принципе его установки. Так называемые психические функции человека – его наблюдение, представление, внимание, как мышление и воля, представляют собой лишь дифференцированные психические свойства, которые обслуживают его установку.
Таковы основные линии психологии человека». Узнадзе. (Там же, стр. 204).
Сознание обслуживает неведомую сферу – вольняя интерпретация формулы Узнадзе. Если внимательно перечитать многие аналогичные высказывания Фрейда, то создаётся впечатление, что и идеи Фрейда сводятся к этой главной формуле учения Узнадзе.
Итак, нам остаётся выделить кардинальные линии этой части трудов, показывающих идеи Фрейда и Узнадзе в новом ракурсе.
Первая линия – попытка показать, что Фрейд и Узнадзе вели наблюдения в одной и той же непостижимой сфере, где иногда их позиции совпадали, а иногда резко расходились.
Вторая линия – стремление показать идеи Фрейда в такой плоскости, фактически означающей переворот в оценке идей Фрейда в целом (см. №№22, 23).
Третья линия – попытка разобраться в противоречиях учения Узнадзе, исходя, во-первых, из личности самого Узнадзе, во-вторых, объяснить эти противоречия показом узловых моментов в его трудах.
Мы вместе проследили путь Узнадзе, как он шёл к намеченной цели – разобраться, осмыслить психологию человека – постепенно сужая круг исследовательской работы, переходя от общих идей к узкой специализации на базе экспериментальных снов установки.
Именно этот момент мы считаем узловым в попытке разобраться в противоречиях его учения. Период повторяющихся изо дня в день рутинной, однообразной, изнурительной работы над выявлением разных модификации фиксированных установок, оказал своё воздействие даже на несгибаемую волю такого человека как Узнадзе. Как мы видели, в некоторых его высказываниях сознательная сфера весьма близко контактирует с неведомой сферой, а потом появляется понятие объектированной установки в категориях мышления, в принципе весьма далёкой от таинственной сферы. Об этом подробнее будет сказано в заключительной части.
Да, противоречия – на долгом, длинном пути развития и становления идей – бесспорно, были; удивительно было бы их отсутствие; мы потому считаем учение Узнадзе самым гениальным в истории человечества, что оно имеет отношение к величайшей загадке, с которой когда-либо сталкивался человек. (Обращаю особое внимание читателя на то, что в приведённом материале из работ Фрейда и Узнадзе, анализируются те глубинные процессы психической деятельности, которые проходят абсолютно бессознательно для нас. Абсолютно бессознательно планируются те глбальные события на нашей планете, которые значительно позже развёртываются во времени и пространстве сознательной жизни человечества. Абсолютно бессознательно функционирует атомно-молекулярный механизм эволюционных изменений в биологическом организме. Абсолютно бессознательно протекают и друге сложнейшие физиологические процессы в биологическом организме. Всё это, а также множество других психических актов проходят под эгидой верховного главнокомандующего – вечной во времени атомной субстанции. Я об этом говорю в том смысле, чтобы мы адекватно восприняли эти прошлые анализы и привели бы их в соответствие с нашим временем.).
Теперь, справедливость требует того, чтобы мы уделили персональное внимание человеку, который был нашим кормчим, проводником, лоцманом в дебрях психоаналитического исследования.
В №133 обозначен круг вопросов, с которыми связывается понятие установки в интерпретации Шерозия. Титанический труд, поды наблюдений, анализов, обобщений – тернистый путь учёного-исследователя психики, неведомой сферы ассоциирующихся у нас с двумя грандиозными личностями логически переходит в последующую фазу. К разгадкам тайн главнейшей проблемы - проблемы сознания и бессознательного психического, талантливо, ярко подключается человек, придающий этой самой проблеме необыкновенный колорит своей неповторимой импровизацией и оригинальной интерпретацией идей Фрейда и Узнадзе. Мы уже знакомы со многими оригинальными идеями Шерозия – особенно запоминается его импровизация вопроса «трагичности сознания в №№71 – 76. Сейчас мы начнём знакомство с идеями Шерозия, покзывающих его как крупнейшего знатока бессознательной психики, после ухода Фрейда и Узнадзе из жизни.( Здесь следует указать на следующее обстоятельство, которое дополняет немного выше высказанную мысль. Приводимые цитаты из работы Шерозия, как бы впытали в себя всё лучшее, что мы узнали из работ Фрейда и Узнадзе. Они - эти цитаты, прекрасно показывают, что бессознательно происходит в биологическом организме под невидимым руководством бесчувственного мозга. Эта невидимая гигантская работа мозга получила своеобразное экспериментальное подтверждение в будущем, в работах двух американских исследовательниц, про которых мы уже неоднократно говорили. Я ещё раз поднимаю этот вопрос, вопрос преемственности идей по следующей причине; чтобы ещё раз подчеркнуть исключительную роль сети Интернета, как ителлектуального центра нашей планеты. Ведь, будущим исследователям психики гораздо легче будет работать, когда они посредством Интернета узнают о тех прошлых работах, которые проходили вокруг тайн, загадок атомной субстанции).
18. Два вида установок
№156 «Отношение между первичной, недифференцированной и нефиксированной установкой и вторичной, дифференцированной и фиксированной, довольно сложно, и не следует упрощать его игнорированием ни одного из этих положений». Шерозия. (2-й том, стр. 241). Шерозия проводит сложнейший анализ с целью поставить точку в этом самом запутанном вопросе концепции Узнадзе, но всё же остается впечатление чего-то незавершённого в этом анализе. Согласитесь, что, например, понятие «биосфера» и круг вопросов и идей вокруг этого понятия, очевидно, гораздо ближе к «тайне, покрытой мраком», чем к узкому определению статуса неведомой сферы, например, понятием «объективированой установки», известной нам из последних работ Узнадзе. №157 «Из этого цикла научных суждений можно, однако, выделить по крайней мере два вопроса, при рассмотрений которых, разрушая границы традиций, Узнадзе и сторонники его ориентаций, а за ними их современные критики, порой не всегда проявляют должную меру необходимой осторожности, а иногда даже допускают некоторые явные неточности, как в том, так и в другом направлении. Имеется в виду вопрос о существенном различии между фиксированной и нефиксированной установками по принципу и исходя из принципиальной бессознательности самой установки с одной стороны, и между обычнопсихологическим и специальнопсихологическим пониманиями, собственно бессознательной психики, с другой. Дело в том, что касаясь вопроса о существенном различии между фиксированной и нефиксированной установками, Узнадзе и сторонники его ориентаций вовсе не проводят между ними такой грани по принципу и исходя из принципиальной бессознательности самой установки. Во всяком случае, в основном им приходится одинаково говорить о принципиальной бессознательности, как той, так и другой, подобно тому, как касаясь вопроса о существенном различии между обычнопсихологическими и специалнопсихологическими пониманиями собственно бессознательной психики, практически они сводят это различие на нет, так как, полностью отождествив эту психику с состоянием установки, они тем самым, оказываются от всякой иной постановки вопроса». Шерозия. (Там же, стр. 262-263). Из анализа Шерозия, мы получили ответы на многие вопросы, возникающие у нас по ходу изложения материала. Фрейд указывал на необходимость понимания различий между двоякого рода понятиями бессознательного, Узнадзе не видит необходимости понимания различия между понятиями двоякого рода установок. Это наша вольная интерпретация принципиального вопроса, где особенно резко выделяются противоречия в учении Узнадзе.
19. Фрагменты из круга вопросов учения установки
№158 «Во всяком случае, установка как «элементарная частица» вполне пригодна и как «принцип связи» не только сознания с бессознательным психическим в большом кругу человеческой психики, но и их обоих с самой личностью, их носителем в системе её фундаментальных отношений». Шерозия. (Там же, стр. 331). Вы познакомились с небольшим фрагментом этих понятий установки, в интерпретации Шерозия. №159 «Среди имеющихся определений установки наиболее полным и удобным для нашей цели изложения является определение, согласно которому её «следует трактовать как модус целостного субъекта (личности) в каждый конкретный момент её деятельности – модус, который представляет собой высший уровень организации «человеческих сущностных сил», и который как бы фокусирует все те внутренные динамические отношения, которые опосредуют в индивиде психологический эффект стимульных воздействий на него и на базе которого возникает деятельность с определённой направленностью, как уравновешивание отношений между индивидом и средой». Прангишвили. (Шерозия, там же, стр. 331). Это фрагмент из анализа понятия установки как «модуса системы» и «основы объективациии». Между прочим, Шерозия одним из основных упущений концепции Фрейда, считает отсутствие понятия модуса личности. №160 «И если верно, что индивид как личностная особь, действительно ппредставляет возможность установке «развернуться» в таком виде, то точно также верно и то, что установка делает его системой, способной к саморегулированию. Причём, чем дальше и выше поднимается этот индивид по восходящей лестнице жизни, тем сильнее и глубже подвергается специальизации и его способность к саморегулированию, пока, наконец, не достигнет предельной ступени своего совершенства в человеке. И на этой ступени развития жизни индивид окончательно расходится с природой и начинает изменят её, в чём на помощь ему приходт сознание, т. е. способность к объективации природы и самого себя». Шерозия. (Там же, стр. 332). Оъбективация – как независимая от установки – сила, известное определение Узнадзе. Оно исходит из его идей в связи с новым понятием в психологии – понятием объективации. Это понятие можно осмыслить, сопрягая его с новой теорией синтезированного мышления. Вдобавок к этому, у нас появляется возможность познакомиться с идеями, на которых опирается новая теория «отражения» (см. выше). №161 «В общем «данность» объективного и субъективного («внешней» и «внутреннёй» среды) в собственно бессознательной системе установки (т. е. в их «нерасчленённом» существовании), о которой здесь идёт речь, можно было бы отнести к числу «сообщении», содержание которых подлежит оглашению, но, огласившись, оно (это содержание) всегда находит себя в противоположной системе – в системе сознания. Это и создаёт впечатление, что установка как «данность», переходит в сознание, тогда как на самом деле при надобности в нём просто происходит «оглашение» несомых ею иформационных сообщении; просто потому, что сознанию нет никакой надобности знать о собственно бессознательном состоянии этой информации, ибо, как «непосредственная данность», как переживание, оно (само это сознание) никогда не нуждается в дополнительном аргументе, чтобы подтвердить своё существование. Кстати, это и создаёт впечатление, что сознание – это единственно возможная «данность», тогда как на самом деле в нём и «дано» только его собственное существование и то далеко не без помощи установки». Шерозия. (Там же, стр. 356). Остаётся восхищаться обилием оригинальнейших мыслей в нескольких строках. Сразу вспоминается Фрейд и его первичные и вторичные процессы в №84 и т. д., в очередной раз подтверждаются предположения о взаимодействий двх сил, систем и т. д. (Однако, главный смысл высказанной идеи невозможно понять вне существования атомно-неорганической субстанции в биологическом организме живого существа. У Шерозия не было понимания о функционировании космическо-мозговой субстанции под нашей черепной коробкой; из предыдущих частей, где была изложена новая теория отражения читателю понятен механизм этого пресловутого «отражения». А сейчас, если внимательно перечитать эту и последующую цитату, то просто поражаешься насколько гениально ощущал это «отражение» Шерозия. Именно из-за таких идей, имеющих отношение к феномену «неорганического в органическом» я довольно часто обозначаю работу Шерозия наивысшим эпитетом в лексиконе человека). №162 «В сущности же, в отличие от негатива, установка такое именно «опережающее отражение» действительности, которое содержит в себе строго определённое, осведомлённое (информационное) сообщение об этой действительности.
Иенно это обстоятельство и даёт нам право на постановку вопроса: установка как «принцип отражения» и «сумма информации». Шерозия. (Там же, стр. 357). Продолжение этой цитаты в №86.
Близки по смыслу с этими мыслями следующие идеи Шерозия: №163 «Дело в том, что установка, о которой здесь идёт речь представляется нам психическим феноменом не как какая-то «непосредственная данность», данная хотя бы в виде «незамеченных переживаний», но лишь как «модус системы», её иманентная готовность к действию, о которой сама эта система не знает ничего, но которая впоследствии должна развернуться в её действии, как собственно «программа» этого действия. В этом смысле, установка, прежде всего, является именно «программой» сознания». Шерозия. (Там же. стр. 398).
(Здесь мы немного уточним высказанную мысль. Согласно нашей теории - и это обстоятельство резко, радикально отличает нашу теорию от идей Фрейда и Узнадзе - совершенно непредставимо для сознания - во всяком случае, на данном этапе развития научной мысли – атомно-неорганическая субстанция не только знает и программирует эту готовность к действию, но и заставляет действовать сознательную сферу таким образом, что сознанию только в далеком будущем частично удается - после психоаналитической переработки своих деяний - осознать истинные мотивы своих прошлых поступков. Когда оглашаются такие мысли, которые на первый взгляд кажутся совершенно нереальными, читатель всегда должны помнить, что наша, человеческая, бессознательно-атомно-мозговая сфера является ровесницей Вселенной. Трудно, даже в абстрактном мышлении представить себе долговременный путь от первичных атомов космической жизни, до вот такого понимания деятельности мозгов человека, но, если мы хоть приблизительно представим себе психический путь господствующей силы, тогда, возможно, мы адекватно осознаем непредставимые чудеса, творимые космическо-мозговой сферой. Очевидно, при таком уточнении и углублении понятия «модуса личности», четко осознается разница между ним и понятием господствующей силы мироздания в виде космическо-мозговой субстанции. Другой вопрос: каким чудодейственным образом планирует будущие события атомно-неорганическая психосфера? Пока что, это величайшая тайна мироздания. Тут дело не в получении ответа на этот вопрос, в ближайшем будущем; дело в другом; получит ли кто-нибудь и когда-нибудь ответ на этот вопрос. Во всяком случае ясно одно; космическая сила под нашей черепной коробкой действует совершенно непостижимо для сознательной сферы; она господствует над ней, создавая иллюзию свободного волеизявления; вызывая у нее иллюзорную картину текущих политических процессов, истинная картина которых на самом деле проясняется в далеком будущем, после психоаналитической переработки и т. д.).
Особенно интересна для осознания предпосылков творческих озарений, следующая мысль: №164 “Дело в том, что в сознании «переживается» не установка как информация, а нехватка этой информации, и объективация, производимая в этом отношении сознанием, прежде всего состоит в восполнении себя, т. е. проявления той семантической сущности, которую она получает из установочной информации. Не будь этого, не осуществилось бы восполнение сознания или же мы должны были допустить, что само сознание есть «непосредственное отражение», и тогда по существу была бы упразднена проблема всякого знания. В действительности же сознание существует только на уровне объективации»; как «данность» же предмета познания и переживания, установка всегда предшествует ему, вне её сознание не смогло бы возникнуть: установка не только «модус системы», она также и «основа объективации». А между тем человека возвышает над природой его сознание, а не его установка». Шерозия. (Там же,стр. 405).
(Опять, Шерозия гениально ощущает истину. А наш читатель, вне всякого сомнения, уже твердо знает, что истина заключена в функционировании атомно-неорганической субстанции под нашей общечеловеческой коробкой, т. е. в функционировании синтезированного мышления! В следующей части мы продолжим цитирование этой мысли. Ввиду того, что господствующая космическая сила действует по методу проб и ошибок, немудрено, что для принятия правильного решения требуется создание предельного нервного напряжения, что и прекрасно показывает эта мысль Шерозия).
В следующей цитате, на авансцену исследования выходит « самый важный, самый темный элемент» исследовании - по-Фрейду.
№165 “Ибо скорее как раз единая установка личности, как и самой жизни, и есть та сфера, в которой личность впервые для себя обнаруживает не только ту или иную потребность (влечение), но и ситуацию, могущую удовлетворить эту потребность (влечение), причём обнаруживает не иначе, как в виде непосредственно данного для познания и переживания мира, будучи способна реализовать эту установку то в том, то в другом направлении. Главным образом, это обстоятельство и возводит общую теорию установки в ранг общей теории личности во всём аспекте наук о человеке, но не в одной только психологии. Шерозия. (Там же, стр. 483). Мы видим, как аргументирует автор выдвижение общей теории установки на центральное место в мире науки.
(В тот период научной мысли это оказалось невыполнимой задачей в виду того, что идеи героев данного этапа наших трудов не получили логического завершения. В данный момент развития этих идей в виде понятия о функционировании атомно-неорганической субстанции в биологическом организме, без всякого сомнения психологическая наука займет центральное место в научном мире. В связи с такой постановкой вопроса, имеет смысл немного поразмыслить о роли атомно-неорганической субстанции в научном процессе; об этом нами уже говорилось достаточно много, но интересно сравнить наши выводы с идеми Шерозия). №165 «Все это и особенно то, что установка, как наше бессознательное психическое «состояние», нам самим всегда дана как наличие той или иной нашей конкретной потребности, т. е. наличие такой нашей потребности, которая имманентно уже нашла необходимую для своего удовлетворения ситуацию, как «принцип связи», как «данность» объекта, - все это, очевидно, имеет непосредственную связь с интуитивной активностью ума, с тем, что наше сознание «бессознательно» находит свою цель: ведь интуиция суть не что иное, как такое нахождение сознанием своей цели....
...Ведь сознание и бессознательное один цельный психический аппарат. Может быть, именно из этого вытекает и этим проще всего объяснить то, что интуиция должна быть рассмотрена также и как метод творчества. Эвристическая природа интуиции бесспорна». Шерозия. (Там же, стр. 400.) Интуитивный процесс обусловлен психическими влечениями; единство психического аппарата в научном творчестве бесспорно; сознание учавствует во всех этапах творческого процесса; так мы понимаем высказанную мысль.
А вот как понимают творческий процесс хорошо нам знакомые авторы: №167 «“В акте творчества можно выделить три основных этапа:
1). Зарождение новой идеи или образа (этот этап протекает без участия сознания, и сознание может только помешать ему).
2). Инсайт – осознание найденной идеи.
3). Критическая доработка (сознанию принадлежит решающая роль)». Аршавский. Ротенберг. («Поисковая активность и адаптация», стр. 158).
(Вспоминая тот период собственной жизни, когда непонятная психическая работа целиком и полностью овладела всем моим существом, вызвав тем самым невероятное нервное напряжение, которое затем выплеснулось в виде инсайта, осознания найденной идеи я во многом соглашаюсь с авторами цитаты. Во многом, но не во всем. Зарождению творческой идеи предшествуют иногда очень непростые жизненные коллизии, которые подталкивают субъекта творческого процесса к объекту познания. Правда, в сознательной сфере творческий человек, в этот момент не воспринимает адекватно сути происходящих событий, однако надо подчеркнуть, что сознание непосредственно учавствует в зарождении творческой идеи, собирая всю нужную информацию для будущего открытия. Этот предшествующий период жизни и роль сознания адекватно осознается субъектом познания лишь в далеком будущем, уже в процессе критической доработки идей инсайта. Нетрудно догадаться, что предшествующий период жизни субъекта познания проходит под эгидой атомно-неорганической субстанции, которая планирует и зарождение будущей идеи, и инсайт, и критическую обработку сознательной сферой и т. д. (см. выше). Читатель тут ясно видит как сознание обслуживает господствующую силу мироздания, однако, одновременно, мы все вместе видим, что сознательная сфера самый существенный и необходимый элемент в работе атомно-неорганической сферы при рождении новой идеи в творческом процессе. С такой точки зрения, существенно дополняется смысл приведенной цитаты).
В седующем высказываний, Шерозия подчеркивается роль абстрактного мира идей в научном познании. №168 “И, если, всё же при отсутствии у науки, на каком-либо этапе её развития практической возможности реализовать свои претензии на «абсолютную истину», ей не приходится вовсе отказаться от этого стремления, - то это потому, что в принципе она почти всегда способна в какой-то мере компенсировать своё «незнание» эмпирически «ненаблюдаемых» процессов мира, соответствующими теоретическими расчётами об этом мире, ибо там, где наука начинает переживать «родовые муки» перехода к новому знанию от незнания, ей как правило, всегда приходит на помощь соответствующая теория (философия), помощь которой она так или иначе всегда вынуждена принять». Шерозия. (2-й том, стр. 296).
Как нам хорошо известно, мир философской науки создается при главенствующей роли абстрактного мышления гениев человечества. Какая сила и какие цели подталкивают таких гениев абстрактного мышления к познанию неведомого мира прекрасно показана в следующем высказывании Платона: №169 «Когда мы стремимся искать неведомое нам, то становимся лучше, мужественнее и деятельное тех, кто полагает, будто неизвестное нельзя найти и незачем искать» Платон. («Эмоции ума», стр. 119). Платон предвосхищает будущие исследования вокруг главнейшей проблемы в истории человечества – вокруг проблемы бессознательной атомной субстанции!
Мне хочется затронуть еще одну животепещущую тему наших трудов. Речь идет о создании «искусственного разума (ИР) по »образу и подобию нашему» . В первой части работы мы много говорили об этом. Для читателя ясно, что работы по созданию ИР никогда не достигнут цели, если когда-нибудь, в невообразимо далеком будущем, люди не расшифруют код бессзнательного мышления атомно-неорганической психосферы.
Вот что говорит об этой проблеме в своем фундаментальном труде американский психолог Д. Майерс: №170 «Учёные, встретившись в 1956 году, чтобы основать ИР, никогда не думали, что спустя 40 лет они по-прежнему будут бороться за иммитацию решения многих задач, которые люди находят простыми...Майерс. («Психология», стр. 431). Какой же вывод делает Майрс в связи с таким интересным фактом?
№171 «Чем больше мы понимаем о собственном мозгу, тем больше осознаём, какой великой моделью он является для комьпютеров будущего». Майерс. (Там же, стр. 432). Ничего не скажешь. Правильный вывод! Только в фундаментальных работах по созданию ИР, в далеком будущем будут в полной мере разгадываться все величайшие тайны природы-мозга! Других путей разгадок тайн атомно-неорганической субстанции попросту не существует. К слову сказать, не только психологи, но и неспециалисты начинают понимать, что человеческие мозги заключают в себе великую тайну.
№172 «Хоть я и не религиозен, моё восхищение и удивление перед человеческим разумом ближе к религиозному благоговению, чем к беспристрастному анализу». Билл Гейтс. (1997). Майерс. (Там же, стр. 432). Это религозное благоговение перед чудесами мозговой работы чувствуется в мыслях гениев человечества на протяжении всей осознанной истории планеты Земля. Сейчас, читатель получит возможность убедиться в этом.
Однако, прежде чем перейти к заключительной фазе этой части трудов, надо уточнить нашу позицию насчет высказываний нижецитируемых авторов. Я считаю, что деление противостояния философской мысли на два лагеря: идеалистов и материалистов требует конкретики. Что тут имеется ввиду? Я имею ввиду то, что в приводимых цитатах противостояние четко фиксируется в таком понимании: один лагерь ратует за признание существующей в мире гегемонии идеального, совершенного сознания, непогрешимого, сверхъестественного разума или духа именуемого Богом. Другой лагерь в противовес такой идее, выдвигает идею бессознательного, атомно-материалистического мира.
Исключение из этого правила мы видим в фигуре такой грандиозной личности как Платон; выше мы видели, что идея господствующей, атомно-неорганической субстанции как бы впитывает в себя бессознательные идеи Платона и атомно-материалистический мир Демокрита. С такой точки зрения однозначно причислять Платона к идеалистическому лагерю было бы грубой ошибкой. Величайшая заслуга Платона перед человечеством заключается в том, что он абсолютно конкретно показал доминацию невидимого бессознательного психического мира в видимом материальном мире. Мы уже говорили в начале нашей работы, что это привело к непреодолимому дуализму в духовной сфере. Но, ведь это все относительно, как, впрочем, оносительно все то, что значимо в нашем мире. Я имею ввиду, что все значительное, все гениальное в свое время подвергается существенной переоценке. Так произошло и с гениальным учением Платона, поскольку нам хорошо известно, что бессознательный психический мир Платона доминирует в единице неорганической жизни – в минатюрной духовной субстанции атома. Это означает, что идеи Платона бессмертны – точно также как бессмертна вечная космическая жизнь в виде космическо-мозговых структур, где бессознательные идеи Платона правят биологическим миром. Ниже мы еще немного коснемся этого вопроса.
Далее. Совершенно естественно предположение того, что Фрейд и Узнадзе начинали свои исследования не на пустом месте, что за ними стояли мыслители, которые в раздумьях над загадками мироздания высказывали свои идеи, - в сопоставлении и противопоставлении которых наметилась резкая поляризация мнений. Как нам известно из истории науки и философии эта поляризация в основном сводилась к вопросу - что первично - дух или материя? Мы попытаемся в некоторой степени проследить за развитием научной мысли по этим направлениям - в цитатах, высказываниях разных авторов, имеющих, по нашему мнению, отношение к проблемам, загадкам неведомой сферы. Этим самим читателю предоставляется возможность сравнить идеи гениев далекого прошлого с идеями Фрейда и Узнадзе и, соответственно, с новейшими понятиями о атомно-неорганической сущности природы человека. Напомним читателю, что мы уже приводили ранее высказывания Марка Аврелия и Платона (см. №104, 169).
№173 «Лишь в общем мнении существует сладкое, во мнении горькое, во мнении - теплое, во мнении холодное, во мнении цвет, в действительности же существуют только атомы и пустота» Демокрит. ("Таранов, "Эмоции ума", стр. 96).
Мысли человека считающегося отцом материализма, человека первым открывшему миру кирпичики мироздания - атомы.
№174 «Законы - дурная выдумка, законы создаются людьми, а от природы- атомы и пустота» Демокрит. (Там же, стр. 97). Мы видим в этих идеях противопоставление двух сил, систем в душевном аппарате человека. Первичные и вторичные процессы в психике. Противоречия в двух центрах психики - в логико-знаковой сфере и в сфере БСЗ.
№175 «Все, что вызывает переход из небытия в бытие, - творчество». Платон. (Там же, стр. 110). Человек считающийся отцом идеалистической философии, но Платон весьма условно может претендовать на эту роль. Он был слишком велик для выдвижения абсурдных идей в духе средневековых воинствующих теистов. Идеи Платона - это идеи БСЗ, так что Платон скорее духовный отец, предтеча творцов глубинной психологии. Вот мы и поставили заключительную точку в оценке учения Платона. Между прочим, Ярошевский в своей работе «История психологии», про которую мы выше уже говорили, цитирует ученых, где они высказываются в том смысле, что Платон преклоняясь перед разумом человека, тем не менее наиболее весомый вклад в науку внес своим пониманием иррационального, бессознательного в природе человека. В свою очередь, Шерозия в своей работе весьма подробно анализирует связь идей Платона и Фрейда по отношению к проблеме бессознательного.
Вот один характерный отрывок из его анализа: №176«Так что же такое Эрос и каково его назначение? - спрашивает Сократ и тут же отвечает: - быть истолкователем и последователем между людьми и богом, передавая богам молитвы и жертвы людей, а людям наказы богов и вознаграждение за жертвы. Пребывая посередине, Эрос заполняет промежуток между теми и другими, так что Вселенная связана внутренней связью". В сущности, Фрейд соглашается и с этой мыслью, положив ее в основу своей теории о человеке, в частности в свою теорию влечений». Платон. (А. Е. Шерозия." К проблеме сознания и бессознательного психического", 2-ой том, стр.144).
Можно привести не одну цитату в подтверждение факта понимания «сексуального» в теориях Фрейда именно с такой точки зрения, но мы приведем лишь одно высказывание Фрейда по этому вопросу, чтобы раз и навсегда покончить с этим, действительно набившим оскомину, вопросом: №177 «Понятие «сексуальности» и вместе с тем сексуального влечения должно было, конечно, расширено, пока оно не включило в себя многое, что не подчинялось функциям продолжения рода, и это наделало много шуму в чопорных и лицемерных кругах». Фрейд. («Избранное», стр. 433-434). Эта цитата закрывает тему пансексуализма в творчестве Фрейда.
№178«Надо быть исключительно даровитым, чтобы понять, что существует некий род каждой вещи и сущность сама по себе, а еще более удивительный дар нужен для того, чтобы доискаться до всего этого, обстоятельно разобраться во всем и разъяснить другому!». Платон. ("Эмоции ума", стр.111). Вот как понимал Платон творческую миссию личностей, которые жили и трудились под эгидой космическо-мозговой субстанции! Где, в какой сфере искать и находить понимание сущности самой по себе нам помогают следующие высказывания: №179«Идеи пребывают в природе как бы в виде образцов, прочие же вещи сходны с ними и суть их подобия, самая же причастность вещей идеям заключается не в чем ином, как только в уподоблении им». Платон. (Там же, стр.111).
Для нас ясно, что идеи - по Платону - пребывают в неведомой, таинственной, космическо-мозговой сфере. Подтверждение этому: №180 «Идея - это нечто, во-первых, вечное, т. е. не знающее ни рождения, ни гибели, ни роста, ни оскудения, а во-вторых, само по себе, всегда в самом себе единообразное, все ее разновидности причастны к ней таким образом, что они возникают и гибнут, а ее не становится ни больше, ни меньше и никаких воздействии она не испытывает». Платон. (Там же, стр.111). Платон говорит об атомно-неорганической субстанции, где исчезает всякое искусственное деление на физическое и психическое и где они составляют одно неизвращенное целое!
Вспомним Фрейда, его удивление перед загадками сферы, где ничто не поддается законам логики, и где философские понятия теряют свой смысл и где («впечатления... виртуально бессмертны». Фрейд. №№77, 78, 79, 80, 81, 82). Вспомним определение неведомой сферы по-Узнадзе. Надеюсь, в этих цитатах мы нашли подтверждение наших предположений о кровных узах между идеями Платона и мыслями творцов глубинной психологии.
№181 «Когда мы говорим, что наслаждение есть конечная цель, то мы разумеем отнюдь не наслаждения распутства или чувственности, как полагают те, кто не знают, не разделяют, или плохо понимают наше учение, - нет, мы разумеем свободу от страданий тела и от смятении души» Эпикур. (Там же, стр.140).
Наша цель - показать, представить идеи великих мыслителей прошлого в одной плоскости со многими теми идеями знакомыми нам из работ Фрейда и Узнадзе. В данной цитате мы видим сходство этих мыслей Эпикура с №8 («так как только желание способно побуждать к деятельности наш психический аппарат»- Фрейд) и с другими примерами из теории влечений Фрейда, имеющему место при таком их сопоставлении.
Следющее высказывание вполне подтверждает и дополняет эту мысль: №182 «Мы утверждаем, что удовольствие есть начало и конец блаженной жизни. Мы знаем, что оно есть первое и природное благо. Оно есть исходный пункт для всякого выбора или избежания. Прекрасное, добродетель и тому подобное заслуживает почитания только в случае, если это доставляет удовольствие, а если не доставляет, то с ним нужно проститься» Эпикур. (Там же, стр.141). Человек живет по принципу удовольствия, недалекие люди довольствуются тем, что лежит на поверхности, т. е. только легко доступными удовольствиями, - талантливые люди своим далеко нелегким путем стремятся к тому же, т. е. к наслаждениям, но на гораздо более высоком уровне. Мы обращаем внимание читателя на то, что этими мыслями Эпикур заглядывает в будущее, причем это далекое будущее,- словно предчувствуя великие события, исследования которых неопровержимо докажут, что правда, беспощадная правда первичных процессов атомно-неорганической сферы заставляет личность идти единственно правильным, целесообразным путем, мало считаясь с атрибутикой сознательной жизни в виде ее законов. Но об этом в свое время.
№183 «Человек не видит совершаемого внутри, он видит лишь его результат... Человек знает лишь то, чего достигают вещи в своем совершенствовании, и не представляет себе самых этих невидимых изменений». Сюнь-Цзы. (Там же, стр,152).
То, что невидимо - управляет миром. Лучшие умы давным-давно это чувствовали, но лишь психология глубин может в этом как следует разобраться и тогда гениальная догадка китайского философа будет по достоинству оценена.
№184 «Все, что делается согласно природе, должно считаться хорошим. Цицерон. «Сам же человек рожден, чтобы созерцать мир, размышлять и действовать в соответcтвии с этим. Он никоим образом не совершенен, он какая-то частичка совершенного». Цицерон. (Там же, стр.173). Цицерон чувствует, что человечество следует каким-то целесообразным путем к совершенству, к идеалу.
№185 «Разве есть что-либо более откровенное и очевидное, когда мы взираем на небеса и созерцаем небесные явления, чем чувство, что есть некий высший разум, который всем этим управляет?» Цицерон. (Там же, стр.175). Мы уточняем. Всем управляет высший космический, глобально мыслящий бессознательный разум, который пока недоступен нашему пониманию. Иначе не объяснить целесообразность т. н. неорганического мира. Этот вечный вопрос Цицерона сопровождает человечество всю его историю. Ниже мы конкретнее определимся в этом, на первый взгляд, странном «одушевлении» неорганической природы.
№186 «Все, что ты видишь, в чем заключено и божественное и человеческое, - едино: мы - только члены огромного тела. Природа из одного и того же нас сотворившая и к одному предназначившая, родила нас братьями». Сенека. (Там же, стр. 208).
Вспомним №103: «Мы ничего не знаем о действительных свойствах объективного существования: онтологически существуют множество действительностей или существует нечто единое? Это для нас тайна, покрытая мраком». Узнадзе. Сколько веков разделяют эти два высказывания, а они были так же актуальны как во времена Сенеки, так и во времена Узнадзе. №187«Дух человека велик и обширен: он не терпит никаких границ... Его подлинная родина охватывает весь этот мир, это - свод, включающий в себя моря и земли». Сенека. (Там же, стр.208).
В №105 «... универсум же стоит вне времени, преодолевая широкие границы». Узнадзе. №188«Все подвержено изменению. И ты сам находишься в процессе постоянного перехода в другое и частичного умирания. Да и весь мир». Марк Аврелий. (Там же, стр. 250). Как тонко чувствовал Марк Аврелий бессознательную связь во всем том, что вершится в большом мире Вселенной!
№189«Непрестанное течение времени постоянно сообщает юность беспредельной вечности». Марк Аврелий. И далее: «Все сплетено друг с другом, всюду божественная связь, и едва ли найдется что-нибудь чуждое всему остальному. Ибо все объединено общим порядком и служит украшением одного и того мира». (Там же, стр. 250). Марк Аврелий.
Мы уже отмечали в связи с №104, что создается впечатление, как будто Марк Аврелий в свое время вел наблюдения в неведомой сфере, настолько близки его идеи со всем тем, что нам знакомо.
№190 «Чаще размышляй о связи всех вещей, находящихся в мире, и об их взаимоотношении. Ибо все они как бы переплетены между собой и поэтому - в содружестве друг с другом, следуют друг за другом в определенном порядке. Это объясняется непрерывностью движения, общей согласованностью и единством сущности». Марк Аврелий. (Там же, стр.251). Мне доставляет истинное наслаждение (вспомним Эпикура!) читать и перечитывать эти мысли великих мудрецов, ибо они дают мне уверенность и силу в стремлении поведать миру то, что мне открылось.
№191 «Думай почаще о том, что все, что есть и происходит, так же быстро проходит и уносится. Вся материя вечно движущийся поток, все совершенное и совершающееся - тысячекратная смена, цепь вечных превращений. Ничто не прочно. Впереди и сзади бесконечность, в которой все исчезает». Марк Аврелий. (Там же, стр.253).
По моему глубокому убеждению, великий император Марк Аврелий входит в первый ряд наиболее великих гениев в истории человечества.
№192 «Из чего мы состоим? Из духа и тела. Что из них лучше? Конечно дух». (Там же, стр.272). Августин. Как видите, Августин тоже, оказывается, искал принцип жизни. №193 «Способ каким соединяются души с телами, весьма поразителен и решительно непонятен для человека, а между тем это и есть сам человек». Августин. (Там же, стр. 273). Читатель знает, что все же кое-что стало понятно человеку (см. выше про психофизиологическую проблему). №194 «Есть нечто в человеке, чего не знает и сам дух человеческий, живущий в нем» Августин. (Там же. стр. 277). Это и есть тайны, загадки неведомой сферы, т, е., очевидно, то, к чему тянет всех действующих лиц наших работ интенционально, как к главному объекту познания. №195 «Сам человек есть большее чудо, чем все чудеса творимые людьми». Августин. И дальше: №196 «Люди идут дивится горным высотам, морским валам, речным просторам, океану, объемлющему землю, круговращению звезд, а себя самих оставляют в стороне!» Августин. (Там же, стр. 280).
В последующем развитии философии и науки все это было учтено: «... история науки и философии является познанием духовных сил человека, она процесс самопознания».Узнадзе (№103).
№197«Все, что видим мы, - видимость только одна.
Далеко от поверхности мира до дна.
Полагай несущественным явное в мире
Ибо тайная сущность вещей не видна» Омар Хайям. (Там же, стр. 351).
Нам только остается изумляться проницательности поэта! Нам видно все, что вторичного происхождения, первичные процессы остаются в тайниках души. См., например, №№48, 49, 50, 85, 140, и т. д.
№198 «Пятый путь исходит из распорядка природы. Мы убеждаемся, что предметы, лишенные разума, каковы природные тела, подчиняются целесообразности. Это явствует из того, что их действия или всегда или в большинстве случаев направлены к наилучшему исходу. Отсюда следует, что они достигают цели не случайно, но будучи руководимы сознательной волей. Поскольку же сами они лишены разумения, они могут подчиняться целесообразности лишь постольку, поскольку их направляет одаренный разумом и пониманием, как стрелок направляет стрелу. Следовательно, есть разумное существо, полагающее цель для всего, что происходит в природе, и его мы именуем богом». Фома Аквинский. (Таранов,"106 философов"2-ой том. стр. 88).
Для нас особенно интересная мысль, высказанная теологом о целесообразности всего, что происходит в неорганической, а затем в органической природе. В №№153, 154 мы узнаем, что «... все они внутренне детерминированные целеустремленные акты». Узнадзе, и дальше: «Вся деятельность животного независимо от сложности его состава регулируется в основном на базе его установок». Узнадзе. Животные тоже лишены разумения, так что целесообразные акты как в органической, так и в неорганической природе, имеют одну и ту же базу: эта база - атомно-неорганическая субстанция.
№199«Самый порядок, существующий в вещах, которые так сотворены богом, обнаруживает единство мироздания. В самом деле, мироздание именуется единым от единой упорядоченности в том смысле, что каждая вещь соотнесена с другими. Все, что от Бога, соотнесено между собой и с самим Богом, как то показано. Oтсюда необходимо, чтобы все принадлежало единому мирозданию. По этой причине могли полагать множество миров те, кто в качестве мировой причины полагал не какую-либо упорядочивающую мудрость, но случай; так Демокрит утверждал, что из сталкивания атомов возник и этот мир, и другие бесчисленные миры». Фома Аквинский. (Там же, стр. 90).
Цитата интересна прежде всего тем, что в чистом виде показывается принципиальный момент в разногласиях философов и деления их на два противоборствующих и непримиримых лагеря - материалистов и идеалистов. Вечный вопрос - что первично дух или материя ставится в цитате радикально, но нам не помешало бы узнать, как в философии понимается термин - материя: №200 «Это традиционное обозначение субстратной основы всех тел, хотя мы не имеем никакого представления о сущности материи». Жульен Ламетри. (Там же, стр.101). Путь к истине воистину тернист! Не иметь представление ни о сущности материи, ни о сущности Бога и в течение тысячелетий спорить о том, о чем имеешь, мягко говоря, смутное представление. №201 «Во Вселенной, я предполагаю универсальное провидение, в силу которого все существующее живет, развивается, движется и достигает своего совершенства.
Я толкую его двумя способами. Первый способ - сравнение с душой в теле; она - вся во всем и вся в каждой любой части. Это, как я называю, есть природа, тень и след божества.
Другой способ толкования - непостижимый образ, посредством которого Бог по сущности своей, присутствию и могуществу, существует во всем и над всем ни как часть, ни как душа, но необъяснимым образом» Джордано Бруно. (Там же, стр. 126). В последующем, эти идеи развиваются таким образом: №202 «Природа либо есть сам Бог, либо божественная сила открытая в самих вещах». Джордано Бруно. (Там же, стр. 127). И самое гениальное высказывание в смелых догадках автора, которое, судя по всему, сыграло не последнюю роль в пути Джордано Бруно на костер инквизиции: №203 «Природа находится внутри материи, более того: она сама есть материя». Джордано Бруно. (Там же, стр. 127). Как следует вдумайтесь в это высказывание, доргой читатель! Природа, материя, психика; это одно понятие – атомно-неорганическая субстанция под нашей черепной коробкой!
№204 «Книга, в которой заключены все тайны, есть сам человек; он сам есть книга всех сущностей, так как он есть подобие божества, великая тайна заключена в нем». (Там же, стр. 158). Яков Бёме. Здесь и в следующей цитате мы наблюдаем развитие идей блаженного Августина. Целостно-личностное состояние индивида - краеугольный камень учения Узнадзе. №205 «Всего же непостижимее для человека то, каким образом тело может соединиться с душой». Паскаль. (Там же, стр. 240). Вечный вопрос, мы уже встречались с ним. (См. №193). Наш ответ - и об этом мы уже упоминали в самом начале нашей работы – атомно-нерганическая жизнь в виде духовной инстанции создала биологическую жизнь в виде физического тела, где они составляют одно целое в уникальном человеческом существе.
№206 «Посмотрите на эту взаимозависимость вещей, на связь между ними - между Солнцем и этой планетой Землей - и между Землей и другими планетами и Солнцем! Порядок, союз и согласие целого!» Шевтсбери. (Там же, стр. 284). Мы видим развитие идей Марка Аврелия. Бессознательная психическая целесообразность космической жизни.
№207 «Как говорят мудрые, Природа столь тонко связала концы, что одно переходит в другое и неразличимо». Шевстбери. (Там же, стр. 284). Судя по этим примерам, природно-БСЗ связь чувствовало не так уж мало ученых и философов.
№208 «Весь небесный хор и все убранство Земли, одним словом, все вещи, составляющие Вселенную, не имеют существования вне духа, поскольку они в действительности не восприняты мною или не существуют в уме моем или какого-либо другого сотворенного духа, они либо вовсе не имеют существования, либо существуют в уме какого-либо вечного духа». Беркли. (Там же, стр. 294-295). Яркий пример того, о чем мы говорили в связи с №№199, 200. Согласно законам бессознательного из №№52, 84, 85, силы действующие друг против друга приводят неопровержимые факты абсурдности того, что каждая из сторон столь яростно защищает.
№209 «Чувствительность - общее и существенное свойство материи, из чего следует, что и камень чувствует. А почему нет?» Дидро. ("Эмоции ума" стр. 179). Вот и подтверждение наших слов.
№210 «Идеалистами называют философов, которые признавая известным только свое существование и существование ощущений сменяющихся внутри нас, не допускает ничего другого». Дидро. ("Эмоции ума", стр. 178). Становится ясным, почему труднее всего "опровергнуть то, что более всего абсурдно", - как утверждает Дидро. Потому что без глубинной психологии ничего нельзя понять из того, чем человек занимается и что создает. (См. №5).
№211 «Материя и дух в основе своей равно неизвестны, и мы не можем определить какие свойства присущи тому или другому». Юм. ("106 философов" стр. 339). А вот и психолог! №212 «Мы не в состоянии узнать может ли материя быть причиной мышления». Юм. (Там же, стр. 339) "Люди, бесплодно споря, будут толочь воду, если они не перестанут обсуждать такие вопросы, которые выше их понимания" - предупреждает философов Юм.
№213«Отвечаю, что мы видим физический предмет лишь постольку, поскольку этот предмет из своих частей образует нас, и что, следовательно, видеть - значит частично состоять из видимого предмета. Мы не Солнце, но мы отчасти являемся тем немногим, что мы видим в ней». Дешан. (Там же, стр. 357). Вот она, бессознательная связь между атомно-неорганической жизнью и биологическим миром! Эта связь является основой, фундаментом новой теории отражения материального мира в атомно-неорганической субстанции биологического организма. Великий император Марк Аврелий мог бы гордиться продолжателями своего дела, которые подняли на новый, очень высокий уровень его понимание вышеприведенных идей. Ниже, в заключительной части, мы познакомимся с еще одной гениальной мыслью Дешана, имеющей огромное значение для понимания сущности принципа жизни.
№214 «Воля человека не играет никакой роли при его рождении. Обычно он вынужден умереть вопреки своему желанию, а все его поступки являются необходимыми следствиями неизвестных причин, определяющих его волю». Гольбах. (Там же, стр. 381). Таинственная, неведомая, атомно-неорганическая сфера, оказывающая решающее воздействие на сознательные акты. Значит, поступки человека определяются невидимой, господствующей сферой. Здесь, мы видим развитие знакомых нам идей из №,№183,197.
№215 «Органическая, активная и живая сама по себе материя является принципом, достаточным для создания всех форм и всех явлений материального мира». Робине. (Там же, стр. 395). Почти что понятие об атомно-неорганической субстанции! Мы видим смелое развитие идей Джордано Бруно, которые ярко светят нам из костра инквизиции. №216 «Если материя живая, значит, она способна к организации и не нуждается в руководящем разуме». Робине. (Там же, стр. 395). В дальнейшем мы увидим, что биология так и не решила вопрос, поставленный перед нею гением Робине, - какие формы материи считать живыми, а какие неживыми.
№217 «Как может объективное стать субъективным, бытие для себя представляемым - в этом я вижу главную проблему всякой философии. Это странное превращение останется необъяснимым до тех пор, пока не будет найден пункт, в котором объективное и субъективное вообще не разделены, но совершенно суть единое». Фихте. (Там же, стр. 433-434). Основной вопрос в философии, с котрым мы уже дважды знакомились в виде идей из №, № 193,205. Как нам известно, главную проблему философии, по определению Фихте, решает учение Узнадзе. Пресловутый пункт, - это неведомая, атомно-неорганическая сфера, где стирается всякая грань между физическим и психическим и в котором они представляют собой одно неизвращенное целое.
№218 «Мы создаем понятия. Последние суть нечто положенное нами, но именно понятие то и содержит вещь такой, какова она сама по себе и для себя. Понятие отчасти субъективно, отчасти объективно. Идея представляет собой соединение субъективного и объективного». Гегель. (Там же, стр. 448). Своеобразное понимание проблемы, развитие которой мы видели в №№ 61, 62, 63, 64 и увидим еще в последующем изложении.
№219 «Воля, будучи рассматриваема сама в себе, бессознательна, и есть лишь слепое неудержимое стремление, каким она в наших глазах проявляется еще в неорганической и растительной природе и ее законах, равно как и в растительной части нашего собственного тела». Шопенгауэр. (Там же, стр. 479).
Фактически, мы вплотную подошли к рубежу, за которым начинается психология глубин: психология Фрейда - Узнадзе. Шопенгауэр назвал действующую силу мироздания волей, - мы коснемся проблемы терминов в последующем, а тут, еще раз укажем на то, что, очевидно, не в словах и терминах дело, а в понимании Шопенгауэром того, что загадки, тайны мироздания надо искать в сфере БСЗ и этот факт имеет кардинальное значение в истории развития философской мысли, как будет видно по ходу развития событий.
Безусловно, становление проблемы БСЗ в философской мысли этими высказываниями далеко не исчерпываются. Это со всей очевидностью показывает Шерозия в своем анализе становления проблемы бессознательного в научном мире. Из этого анализа следует, что вслед за Платоном проблемой БСЗ помимо вышепроцитированных авторов интересовались Кант, Шеллинг, Гегель, Ницше, и, особенно, Шопенгауэр и Э. Гартман. А в монадологии Лейбница эта проблема заняла центральное место, благодаря чему ее изучение получило ярко выраженную психологическую ориентацию, из чего следует, что Лейбница можно считать, по мнению Шерозия, родоначальником психологии БСЗ.
Шерозия уделяет достойное внимание в своем анализе и другим материалистическим теориям БСЗ в концепциях Фехнера и Гельмгольца, из чего следует вывод об углублении разногласий у философов об этой сложнейшей проблеме. Однако тут, нам кажется, уместно вспомнить замечание Фрейда о том, что глубинная психология и БСЗ философов далеко не одно и то же и, поэтому пришла пора прямо и непосредственно перейти к конкретным анализам неведомой сферы, к психологии Фрейда -Узнадзе.
Здесь требуется еще раз подчеркнуть особенность заключительной части трудов, про которую выше мы несколько раз упоминали. Приводимые ниже анализы предшествуют новейшим анализам из первых частей. Они являются фундаментом, базой, основанием всех будущих заключительных выводов. Здесь наша работа наиболее конкретизирована, ибо исследуется психическая деятельность конкретного индивидуума в разных сферах активности человека. Хотя очень многие выводы конкретных, индивидуальных анализов приведены в соответствие с новейшими анализами - и потому они представляют собой самостоятельную научную ценность - я оставил без изменения некоторые прошлые выводы, которые отличаются от выводов новейших исследовании. Оставил их с определенной целью: чтобы читатель мог бы воочию наблюдать за разными фазами творческой работы, т. е. имеется ввиду последовательное, поступательное развитие идей вокруг понятия атомно-космическо-мозговой психосферы.
Итак, мы завершили очередную стадию нашей работы. Показ становления проблемы бессознательного в мировой науке должен сыграть положительную роль; он должен стать абстрактной, теоретической базой для будущих научных открытий; он также должен помочь в деле адекватного, объективного осознания атомно-молекулярного механизма эволюционных процессов, разработанного американскими учёными - Сюзанной Резерфорд и Сюзен Лундквист.

Конец третьей части